2001: 19 октября - 20 ноября19 октября. Некий Жека Верховинце посредством электронной почты собирался мне выслать "ЛИЦА" и рассказ. Так вот, Жека, письмо я твое получил - но без присоединенных файлов. Обращаюсь к тебе отсюда - ибо ты явно полезешь сюда глядеть на размещение своих опусов. Обращаюсь: перешли еще раз! Я в понедельник собираюсь вернуться и тогда все запла... тьфу! засмеются.... Теперь о том, что у кого получилось: Айрин новую картинку прислала. Я в нее влюблен...  Однако, к делу...Где-то раньше в одной книжке я встретил такое замечание: "люди, столько (как описуемый в абзаце чел) привыкшие убивать - часто проявляют и вышесреднюю способность к остроумию". Это я так так, бывают же вещи такие, когда верны и вещи обратные. Я вот вспоминаю самых записных остроумцев из своих знакомых - ВЩ, ну еще..., ой, а маловато-то их. Еще я, но я вне конкурса. И что бы вы думали: легко себе представляю ВЩ в роли убицы. Однако вернемся к книжке. Там еще такой пассаж: "Кроме того, Бонифаций-Бодуэн на собственном опыте убедился в том, что самое искреннее стремление к истине, самое самоотверженное любомудрие, может быть, помогающее излечиться от страха смерти как таковой, бессильно против страха смерти насильственной и, особенно, внезапной." Ваще такие пассажи в книге встречаются настолько часто, что уже буквально на десятой странце я подверг сомнению авторство Окатвиана Сатмпаса и заподозрил что серия "Тамплиеры" - очередной мистификайционный проект русских писателей. Возможно коллектива. Потому что текущий одинокий уровень акунина и ван дер зайчика не позволяет создавать такой - такого уровня мистификации... Мои подозрения оправдались. Ну и об интересном: - "В 1139 году Лотранский собор вынес решение запретить арбалеты и самострелы из-за бесчеловечности этого этого оружия, но они остались в большом употреблении." Много позже - уже не соборами запрещались мины противопехотные, кассетные сняряды, а воз и нынче там. И все же позабавило, что в суровые, негуманные (как о них принято думать после окончания Средней Школы) Средние Века люди страдали той же лицемерностью. О пользе, вреде и удовольствии похмелья. Вчера Олег рассказал, что он пить бросил потому что у него похмелья не бывало. Шесть лет пил, старался, но нет - не был взят в муки утренние в собственном теле. И бросил пить. Незавидная судьба. С тех пор минуло 10 лет. И десять лет как не пьет. Колется. ...когда позавчера делал второй зал галерее Цыганову - сканирую фотографии его работ, на оборотах фотографий читаю названия работ и таинственную заметку "смешанная техника". Что это за смешанная техника? - такого вопроса даже не возникало. Пастель, масло, охра, киндздмараули, порисует - скребком поскребет. Это я так думал. Оказалось, единственно правильным словом было "киндзмараули". Смешанная техника - это порисовать и выпить, выпить и порисовать. Водка, пиво, водка. Цыганова смешанная техника довела до того, что он водку пить бросил. Счас только пивом рисует. Перечитывая прежние части своего дневник - заметил с завистью - ох, с какой завистью - как же мне было хуево раньше. Не было - бывало! Счас не бывает. Счас ску..нет слова... ...Сидел, тупо, вел мышь в верхний левый (по моей руке, а не монитора) угол, жал, тащил выделение в нижний левый (по руке монитора, а не моей, занятой мышью) угол, выделений чертилось пунктирной линией, захватывало ярлыки на десктопе.. - мне самому интересно что за обои-подложка лежит у меня на десктопе, знал бы - не чертил выделения минута за минутой, полчаса за полчасом... Не знаю. Такая хуйня случается, братцы. Самое необычное использование камуфляжа, которое я видел: Олег любит его напялить - и так любит - что странно - отчего он его не носит в городе и там, где мы встречаемся в 73% случаев, но всегда и исключительно надевает в мастерской ЮЦ. Вчера напившись коньяком, догадался: Он в камуфляже вдруг растворяется среди полотен ЮЦ. солнечные зайцы (в полусне) на обои нажимая бледным телом классы расчертили на стене солнце растирая желтым мелом. и запрыгали - все на одной ноге (но усы! усы! усы! - повсюду!) и задетые задвигались часы по стене ходить, ходить, покуда... вечер не найдет неосвещенных оком, с каждым часом-шагом солнце выше, выше, наконец, оно уж так высоко, что его уж нам почти не видно. музыка Сестры Бери (с двумя "рр" - ррр - рычит Олег, поправляя меня - я пока чисто долблюсь в клавиши - с двумя "рр"!) Итак, поехали! - Итак, кто были эти сестры - сестры? или, бля, всяко? - Они были, бля, легендой! они были, бля! они были, короче! эти, - непьщий олег закашлялся, нанюхавшись коньяка в моей кружке -, - они были! это! разве так сказать! - эти! как оно! СЕСТРЫ! -де трой - да теее..за чсееее черебиом, - это я подпеваю всяко сестрам, - череререре =- бобобобом - хочу ебать олену арлову.. ихти орлей... птеродансинг .. - не пытайся на идиши, - укорачивает меня олег, - тебе не идет... А мастер-коробочка насквозь открестился. Чао, любимые. 22 октября. Приятно иметь друзей под боком. Всегда нальют. И удобно: всегда есть кому налить. Это я ПП хвалу пою. УРА! РАДУЮСЬ КАК РЕБЕНОК! ЖЕКА ВЕРХОВЕНЦЕВ ТАКИ ПРОБИЛся через всемирную сеть интернет и прислал фотографии для ЛИЦ. Качество не очень хорошее (сильно сжимал для экономии - но на этом не экономят!), поэтому в ожидании хорошего (попросил женьку прислать полоноразмерные фотки)- кидаю то, что прислано, не в лицах, а ниже на этой странице - в качестве иллюстрации к Ожерелью. 22 октября. СРЕДСТВА ОТ ОЖЕРЕЛЬЯ Когда мы давеча возвращались в Москву я, закатив глаза, сказал: - Нет, Олег, вряд ли я смогу написать о поездке в Ожерелье. - Чего так? - Ну, слишком она уж вышла… интимной.. хорошей такой. Олег хмыкнул: - Ну так и напиши: "вышла поездка интимной". - И то дело! С этого и начну.  Интимно, короче, съездил. Есть у меня любимое удовольствие: забуриться в город какой, пожить маляш, и составить письменный репортаж, альтернативный реальной поездке. Иной раз он выходит потоком сознания, как это было с ленинградом, другой раз - поэма выкатит, как-то "Звенигород-Москва", были еще крымы-калуги-рязани-липецки-данковы - но все писалось в пути, на листках - потом приехал, списал - вроде не зря съездил. Чисто анекдоты в пути или полет моей души. А после Ожерелья ничего не привезлось. Что так? Мне кажется, оттого что туда ничего со столицы не вывезлось. Ну, сели в девятом часу в электричку, поехали. Оба с Олегом выглядим весьма представительно, хотя я не вполне трезв. На Павелецком зашли в магазин "одежда на вес", я вырыл себе охуительную жилетку грамм в 250, 26 рублей, если мы с вами встретимся - я вам ее покажу… Москва, Павелецкий - далее со всеми остановками через Каширу, часа через два и Ожерелье. Под рукой альманах "Кино" второй номер, под ногой банка пива перекатывается, когда запрокидываю голову хлебнуть "отвертку", волосами касаюсь каштановой копны одной из четырех девчонок за спиной - яблоком пахнут. Мои. Ее - ромашкой. Нам хорошо вдвоем! То есть втроем - с "отверткой". Едем, Ингвар Бергман на соседнем через проход сидении зудит: "Возвышайся, управляй Искусством, преклоняйся перед Творчеством! Я снимаю шляпу, рассыпаюсь в прах, но и вы, и я знаем, что все дело лишь в маленьком гвоздике, который вызывает смех и слезы, и который называется "Интересно"!" (пьет). Выпив кряхтит, и на возглас машиниста по громкой связи с пассажирами "Ну, че вы там нажали, нажали так говорите!", вопит "Поехали". Смех и гогот окружающих нас на скамьях подмосковных дам. Одна неловко двигает ногой и рассыпает из большой сумки сигаретные пачки. Отторговалась типа на сегодня. Начинает ползать раком, собирать. Не люблю когда ползают раком. Мне эти бабы не нравятся. Мне другая женщина нравится. Она такая одновременно и стройная, и неуклюжая, у нее нос картошкой и изящные груди под свитером. Сиреневая помада на губах слегка подрагивает - женщина смотрит в книгу и можно подумать, что губы шевелятся в такт читаемому. Но это не так. Я - то вижу. Губы выдают, что она прислушивается и приглядывается к окружающим. Она не смеется глупым шуткам Бергмана, но они ей явно смешны. Я пью "отвертку" за ее здоровье и за ее мягкие ягодицы. Она, наконец, не выдерживает, и глядя в зазеркалевшее окно полуночной электрички, начинает то ли взбивать, то ли приглаживать волосы - никогда не мог понять, что дамы делают с волосами перед зеркалом, что хотят сделать. - Еге, - говорю, - вам и так и так очаровательно! - Ваше мнение, - отвечает, - мне очень исключительно важно. … ...Через два часа мы проезжаем широкое, особенно темное пространство за окном, Олег говорит: - это Ока, я таращу глаза: - где, бля?! ...Однако вот и Ожерелье, выползаем из вагона. Бегу к урне, выкладываю из всех карманов смятые банки "Отвертки", бегу к ларьку на перроне - набиваю карманы полными банками. - Давай объективно поговорим о будущем, - кричит мне с площадки тамбура едущий дальше Юрий Арабов. Словно солнечный луч озарил мое сердце. - Пошел ты нахуй, - кричу я ему и спрыгиваю.. куда-то спрыгиваю, неторопливо отливаю и выбираюсь на свет.... Идем по пустым улицам, полутолпа, вышедшая с нами, торопливо разбегается в сторону, в проулочки, словно струйки, когда отливаешь на неровную стенку. Идем мимо длинного одноэтажного здания, окна горят, - Вот, - говорю Олегу, - там люди, люди! А ты бычишься! Раз тут люди есть - тут жизнь есть! Че-то делают, не спят. - Ага, - хмыкает, - хлеб пекут. Обидно 
сказал, ведь я глупо ища жизнь везде - предполагал - телевизор смотрят,
ебуться, водку пьют - все таки жизнь, а на самом деле это действительно
оказался такой барачный хлебозавод местный, и там счас реально пекли хлеб,
и Олег это знал, и оттого его высказывание - именно его, а не мое, именно
из-за тона - было циничным, издевательским, недостойным.Как можно равнодушно иронизировать - когда хлеб ночью пекут!!? Пришли мы в гости (ездили мы в гости к Олеговой родне) поздно. Нам постелили, Олег пошел спать, а я взял тарелку с ужином и пошел на улицу - сел на скамейку у дома. Ужинаю, уминая котлеты вилкой. Группа домов, четырехэтажных (или пяти, но от времени дома так осели, вдавились, что этажи - этажики стали не двухметровыми, а полутора-одного, так что упорно казалось на этаж-полтора в доме меньше). Поужинал, познакомился с Ирой и Аней, отнес тарелку, пошли с Аней в магазин, затарились, пиво, водка, вино, молодость, вернулись, залегли в подъезд, хорошо в подъезде, мать! Прям юность моя политрабочая! Кривые почтовые ящики, краска на стенах - когда-то оранжевая как куртка дорожного рабочего, а ныне растерявшая весь свой яд, расколупанные подоконники. Я девчонок сразу предупредил, что фрикции будем совершать по очереди, я - историю, они - историю, и предупредил - что свои истории буду им рассказывать не затем, чтобы воспалить и без того больное девичье воображение, но исключительно для поддержания доверительного тона и богатства беседы. Очень уж мне хотелось узнать - чем дышать и как часто подмываются тутошние подростки. (Сразу сознаюсь, что не воспалить девичье воображение мне не удалось, и теперь все женщины в Ожерелье без ума от меня, и по утрам, каждый день, съедают бутерброд с моей фотографией.) Две подружки Ира и Аня - подружки не разлей вода, у них даже телефонные номера различаются только одной цифрой. Я в них влюбился, когда узнал, что любимое развлечение - в 12ом часы ночи выйти на улицу и ПООРАТЬ. Вот так: - ААААААААААААААААА АААААААА… АААААА.А АААААААААААА!!!!!!!!!!!!! Через полгода, когда я буду редактировать этот текст, убирая из него неубираемое, одна из них уже выйдет замуж, другая - забеременеет.... Но тогда, то есть сейчас на предмет эрудиции глаза у девок еще честные, то есть они мне не врут, что не видали фильма "Кабаре" (и то - какие их годы - одна школу заканчивает, другая на первом курсе института), и ничего из знаменитой сцены в подземке, в которой глазастая и губастая эта, блядь, Мэрлин Матье, нет, но вы-то знаете, короче! ааа - Лайза Миннелли, совсем не ожерельевская, делала вот так: - - ААА…ААА… АА...А…. Делала она это во-первых, под шум накатывавшего поезда, во-вторых, по замыслу режиссера, потому - не катит. А Ира с Аней катит. Потом все было быстро, не в смысле скоротечно, а однообразно - две бутылки вина "Багрянец России" (вот такое блядское название, я даже этикетку склеял, но потом потерял, еще потерял этикетку от водки - "Партком"), бутылка водки (ну это мне), полдюжины пива, лужи на улице, я кидаю пальто на землю и мы с Иркой отплясываем кабаньерру - Ирка учится танцам в местном драмкружке, и грудь выкругляет что та Кармен-сита… От танцев и водки я совсем ослаб - так что, когда мы полезли на гаражи - опозорился - девок-то за задницы я на крышу закинул - а сам залезть не смог. Так они вдвоем и втягивали Чкалова к звездам… Проснулся к вечеру. Пальто над газом висит, постиранное, ебанный в рот думаю, все же бить каблуками, стоя в луже, - не стоило. Хотя как не бить, когда вокруг тебя такая Такая, такую Такую грудь выкруглив, сомкнув руки за спиной, ходить?!..  Сложивши руки, политрук Глядит на дело этих рук. Ему немного стыдно, Но тут стихов не видно. Взял плащ у Олегова родственника (вот божий человек - Олег - так и проспал все), пошли гулять - с городом знакомиться. Половина города больна алкоголизмом, другая - раком. В Москве в районе Котельников есть раковая поликлинника, так там врачи ожерельевцев заебали: - У нас, - говорят, - половина пацинетов из Ожерелья, что за нахуй!? - Что за нахуй? - спрашиваю и я. - А хуй знает, - отвечают, - вроде никаких таких производств и нету… - А… - Да тут ваще никаких производств нету. Вон видишь - желто-синий ларек "Спортлото"? Так и он закрылся давно. - Ну прошли бы с дозиметром, может, закопали что? - А кто тут с дозиметром ходить будет? Кому это надо. Ну, блядь, думаю, осень такая красивая вокруг, что и вправду, до дозиметра ли. На улицах людей мало, и все до одного ходят … ээ.. так маленько согнувшись. Даже не горбясь, а согнувшись. Старушки, мамы над колясками. Мужики - все такие продубелые, заскорузлые, градус почти минусовой, снежок покапывает, а они - в пиджаках, олдовых, черно-синих, школьных, шапках на головах. И видно: кожа уже не чувствует - плюс ли двадцать, минус ли двадцать - так и будет ковылять вдоль стенки дома с какой-то сумкой, с неопознанным содержимым. Бутылок как в москве не собирают. Я пивную вставил в торчащий обрезок трубы возле магазина, казалось бы - вынь и сдай. На следующий день пришел за пивом - так и торчит. - А у нас бутылки не оставляют пивные на улицы. Понятно, чего не ожидаешь увидить, ни за что и не увидишь. Обошли мы около 15 продуктовых магазинов-магазинчиков, кличут их по фамилии владельца - зайдем к "Жильцову". Жильцов свой магазин назвал "Кентавр", но народ как-то не верит, чтоп у кого-то тут мог кенатвр завестись, вот и говорят "к Жильцову". Ходили мы не просто так, но я попросил показать мне самый развлекательный маршрут в городке. Он - по магазинам. Продавщицы - блеск и томление во взгляде. В книжном на полках 27 наименований детективных кирпичей. (Впрочем, есть еще три библиотеки - "одна побольше, другая поменьше, третья маленькая"). Хотел я заглянуть в глаза книжной брюнетке за прилавком - но не смог - спала брюнетка. В книжном же есть и второй прилавок - там колбасой-водкой бойко так торговала другая брюнетка. Продавщица в районом магазине - привыкает к кругу клиентов. Сколько бы их не было - незавсегдатай всегда выделиться - озирающимся таким поведением. Девчонки сразу же чувствовали во мне - приезжий и смотрели: "Хули надо!" и так маняще-просительно было это "хули"… - Милый, - говорит Адель, - ты все время держишь дистанцию, даже когда трахаешься. Проходя мимо памятника воинам, погибшим при Кашире (там оборону крепко от фашистов держали) не мог не отметить, что одному бойцу в заду, в шинели дырку провертели - в нее дворник метлу засовывает, для сохранности. Залез на постамент, с охапкой мокрых листьев подошел к стелле-стреле - долго стирал надпись "А все б**** к*** и нах*** расп***". Писать так тут не надо. О мертвых можно всяко, о погибших не всяко. И глядя в глаза и в дырку бойцу, я подумал: Как отчего-то грустно, печально, что чтобы Кашира, Ожерелье, Десна, что там еще, вновь зазвучали - пусть не на Россию, пусть для местных - надо штоп пришел снова немец, или черкес и били его тут, стояли насмерть. ПолРосии - это вот такие "военные городки", не в смысле армия квартируется, а в смысле что жизнь в них начинает появляться (или люди жизнь ценить) - когда война случается. А без войны - как плесень без хлеба. …Писать я совершенно не умею, мысль эта о "военных городках" - была единственной грустной, все остальное встреченное - радовало и умиляло, хоть мало - да по-человечески как-то, и газовые колонки в кухнях, и рыболовные (зимние) ящики в прихожих, и телевизоры "рубин" в гостинных… Но пишу я это так, что читающий, как мне кажется, подумает - "ай! пустой город, затхлое место, плесень - вон и сам автор это слово употребил". А я люблю плесень. Я не люблю евроремонат, блядь. Я люблю такое объявление на ожерельевском продуктовом магазине: "требуются грузчики без вредных привычек уборщица сторож". Не все потеряно в жизни, где-то меня ни сторожем, так уборщицей возьмут. Ночью 
не спал до рассвета, читал книгу какую-то, лег головой к выходу, глядел в окно,
а за окном темно, и звезды, - словно негр большой стоит, весь в антоновых
огнях, или огням Св.Ильма, да ладно с точностью, понятно что там за окном.....Понятное дело, молодежь из Ожерелья разъезжается. Куда едуть? Туда где институты и ваще, блядь. В Москву едуть. А наебавшись в Москве возвращаются в свои Ожерелья. Мои заметки очень пристрастны. Я уехал из своего города (был выпизжен родителями), когда был совсем молод и еще не помучился с газовыми колонками и мусором за углом. Какие мучения в 17 лет? Любовь, страсть, новые книги, встречи, города, а удобства? Но хлебнув все эти удобства полной мерой в столице чье-то родины, я тащусь в ожерельях, как ребенок в Детском мире. Я не московский имею в виду, а тот который был на проспекте мира в Невинномысске. Один прилавок, семь конструкторов. Спустя десять лет заехал поглядеть взрослым глазом - ларек ларьком - но мне, чтобы много мечтать и хотя бы немного клеять, хватало. А в Москве вряд ли помечтаешь - тут уже склеенного столько, что рукам только дрочить и остается. Ладно это я пристрастный. Но вот Ольгина подруга, поимевшая в Москве и квартиру, и работу - в отпуск и на праздники ездит в родное Ожерелье. Мужа ищет. Ну, не нравятся ей московские мужики. Мой все же бесцеремонный тон оправдывает то, что я пишу не нечто сравнительное - ТУТмегаполис-ТАМмухосранск, я пишу ощущения людей, и не просто ваще мегаполисцев-мухосрансцев, а вот Свой, Ирино, Анино, Ольгино, Олегово - вот конкретных скелетов, облепленных мясом и кожей и наполненных желаниями и страстями. И потому кому-то по рогам, кому-то по серьгам. И кстати, если ты, читатель, пришлешь мне рассказ - заметки - описание - субъектные пристрастные о своем городке-деревне - буду благодарен… Но вернемся в Ожерелье. Точнее пора уж и из него. Был-то я там всего пару дней, половина в коллективном пьяном бессознательном провел, потому погрешности воспоминаний могут быть сравнимы только с точностью проникновения в душу и природу городка. Обратная электричка была экспресс. То есть идет с другой скоростью, нежели обычная. Потому, наверное, на экспрессе мы ехали на полчаса дольше. В экспрессе еще туалет прикольный. В первом вагоне. Просторный, окно - метр на полтора. То есть внешняя стенка - одно окно. И только я зашел пиво отлить - вдруг в Кашире этот экспресс тормозит, и так медленно вдоль перрона, а там народ толчется любопытствует - че-то за чувак в отдельном купе едет. Да еще с унитазом… ...Подъезжаем к Москве, на каждой улице машин больше, чем во всей Кашире. Огни, дома, окна, толпа в метро, если какая баба на тебя и задержит взгляд больше чем на секунду - то это откровенно такой блядский взгляд второй свежести. Это значит, что она вовсе не интересуется, ни в коей мере не авансирует - она просто имеет с тебя маленькое сексуальное удовольствие "ты мужчина, я женщина, мы могли бы такое…" Повторяю, это не аванс, это такое маленькое взаимное драчилово. В день так обменяется раз такими тридцать взглядами, - вот уже и муж терпим делается и всяко хорошо. А в Ожерелье - тоже смотрят - только им действительно интересно. Может для человеческого общения, для сохранения интереса к людям - полезно по-ожерельевски поголодать? В общем интимно съездил. Интимное, в моем представление то, чем не со всяким поделишься. Стихов не писал, критики не наводил, пьянок самодостаточных не устраивал. Вылез на минуточку из московской задницы, проехал немношко, понюхал матушку Россию ниже пояса - течет, сука, лапочка, течет, только вот ебать некому, меня на всех не хватит. Но если кого ободрят эти записки - милости прошу. 25 октября. СПАСИТЕЛЬНЫЕ ВОСПОМИНАНИЯ Вчера таки на этом вечер побывал. Приглашение письмом пришло из Лавки Языков от Макса Немцова. Не персональное, конечно. Обычный рассылочный спам. Че было? Все было. Отлично резюмирует мое впечатление от поэтического вечера маленькая история от Вовки Пантелеева: "Как-то на Чегете я был свидетелем, как два мужика обсуждали как "правильно" кататься на горных лыжах. И вот один другого послушав, бросает: - Уж лучше быть таким любителем как я, чем таким профессионалом как ты." ...Нигде, кроме как на поэтических вечерах, не увидишь такого количества толстожопых теток в этих... как их... муслиновых, што ли, юбках, крепдешиновых, жаренного шелка (надо уточнить у девчонок имя ткани) вельми объемных и липнущих так, как не облегает и мини-юбка. Подойдет, нагнется (не склонится!) и листает, листает альманах, творчески беседую с каким-нить волосатым люцем. ("Полюстров, надо же было так город назвать!" - пантелеев вчера сказал. Он его под Ленинградом отыскал). ...Взял я для начала водки двести, пива залить, сахара насыпал стакан, закуска типа, засел - жду начала. Жду жду отлить захотелось. Пошел отливать. Только освобождается кабинка и я тяну обмотанную салфеткой руку к ручке - мимо меня какой-то поэтический мужичок устремляется. Я ему говорю, чиста, мужик, я тоже сюда. А он мне: - Пожалуста, пожалуста, молодой человек! Что мне было делать? Назвать в ответ молодым человеком? Мелко как-то. Вспомнил анекдот, что владик рассказал: "Встречаются два мужика. Первый: - А ты знаешь, Серега-то женился. - Оба-на! И на ком? - На Юре. -... На пацане, что ли!? - Какой тебе пацан! 45 лет мужику!" Какой я ему нахуй молодой человек!? Но вдруг он поэт и пришел отлить не как я от пива, а от полноты жизни. В общем, поостерегся я. Вернулся, снова сижу, жду. Да, со мной был Влад. Так вот Влад головой крутит, вертит, я у него интересуюсь, че, тебе, де, для счастья не хватает, счас-счас все начнется. - Я, - говорит, - буду счастлив, если оно вообще не начнется. Не так, короче, настроен Влад. Но бьют в гонг... псари в охотничьих уборах... выходит на крылечко граф... и на эстраду, говоря словами Аркаши Северного, подымается какой-то фраер, вот я его зарисовал, и пытается своими словами передать в ступительной речи то, что было написано в пригласительном письме.  Это, как вы понимаете, невозможно в приницЫпе (своими-то словами), поэтому он экает, бекает и производит впечатления неплохого мужика. - Неслучайно, - говорит, - что презенатция нового альманаха "Серая лошадь", происходит в это время в этом месте... Да уж случайного мало! Водка - 50 грамм в ОГИ - 52-50 (пятьдесят два рубля 50 копеек). Пиво - Клинское - 36-50 (тридцать шесть рублей 50 копеек). Хорошо хоть сахар бесплатный, ебать мои костыли! Самое поэтическое место! Хотя, как показало последовавшее, это смотря как понимать поэзию, особенно поэта. Если с точки зрения собравшихся - то у них поэзия отдельно, водка отдельно. Ладно, однозначно я ничего не решил, у меня соображения весьма неоднородны, буду их вставлять по мере вспоминания кусков вечера. Итак, ведущий (вон он на рисунке, весь такой бородато-овальный) кончил вести, и стал читать чьи-то стихи, кто не присутствовал. Там в одной строке соседствовали Джойс и Мама.Ру. Что сказать. Круто, бля! Утилитарно проскакали галопом по всем попавшимся под руку жопам. "Как твое имя, о..." И дальше такое же... Все выводы были сделаны в длинном стихотворении "На золотом крыльце сидели": "-............... ............... ............... ....... ... А что же делали все время? А на золотом крыльце сидели" Понятно? Нихуя, короче, не делали. Что сказать... И то дело. Но вот вышел Александр Белых и прочел: - Время - как вода, пропущенная через жабры рыбы (или рыбой). Вот так, по-моему надо писать, если водки не пьешь. С описанием пространства у АБ тоже очень метко. Я положительно влюбился в наличие такого словесника среди пшущих такие приглашения на свои дешевые огишные вечера. Александр после чтения стихов куда-то бежал. Ладно, земля слишком мала даже всего для двух настоящих поэтов, еще столкнемся. "Находили гильзы желтые в плотном яблочном пюре..." Отличное стихотворение было, по-моему у Евгения Реутова, "Заблудившийся в Москве". Потом вышел муслиновый зад и порадовал нас словораскладами про "двусмысленно останавливающиеся машины". Машины, блядь, останавливаются не двусмысленно. Более того, скажу я тебе, даже шофер останавливает машину не двусмысленно. Вполне односмысленно: - сколько? Другое дело, что тот или та, около кого останавливаются, порой тормозит весьма двусмысленно. С другой стороны, если б муслиновый зад бросил летать, витать, и всячески уподобляться, но стал бы собой - стал бы водку жрать, вкусно готовить, и всяко - первый бы пал пред ним и склонился. Но нет, музы шлейфы несут... Потом одна девочка очень долго всех смешила юмористическими стихами. Типа: "Милый мне вчера показал, какой он есть хороший... И что мне теперь делать, к кому мне обратится..." Все очень смеялись. Вот это дело! Вот это точно соответствовало времени и месту. Немного эротики, много улыбок, ай-люли, оги иго иго-го-гоу! Вообще Мария Бондаренко лично меня сразу расположила к себе таким началом: "Я прочту несколько стишков про стихи о..." _________ лирическое отступление: ненавижу когда по аське девушка на какой-то мой рассказ, отвечает таким образом: - понятненько. - что именно понятненько??????????????? это вежливое отвал в сторону от беседы, или действительно что-то понятненько? если понятненько - то, блядь, расскажи, нельзя так интриговать понятненьким перед алчущим хоть чего-то понятненького в этом мире. А если отвал - то не рушь мне потенцию, лучше сделать это молча. Я ж баб начинаю ненавидеть после такого вежливой выходки вежливости. ___________ Вернемся в ОГИ. Мария Бондаренко поведала, "как мне хуево, но ваньке еще хуевее", потом задалась вопросом: "- Где наш папа? - спросили дети. - Его запытало гестапо." Смех в зеле. Оживление. Самое удивительное (хотя что тут удивительного) - весь этот бред несся в зал после стихов Юрия Реутова, и еще одного пацана. И зал оживлялся. И вся эта хуйня прокатывала после того, как один, чье имя я не припас, сказал: - Люди и звери устав размножаться, падают в невесомость. ...Не нравятся мне эти записки. Может, нормальный вечер, поэтический такой вечер, и состоит из пиздежа, Пиздежа и пиздежА? И все настолько к этому привыкли, что не считают нужным замечать. И мое раздражение - моветон и все такое. Раздражаться на какого-то хуя - который в начале вечера, когда ведущий занудствовал - демонстративно - в переднем ряду, во всю ширь рук, - читал газету, - не надо на такого члена поэзообъдинения раздражаться.  Это не хуй, а один из поэтов объединения и так - газетой - он делает свой импакт. Хуй он делает, а не импакт! Ну не нравится тебя тусовка - скажи, или выйди, нравится извращенно (как мне) - сиди, потом напиши, но хули газету читать? Ведущий и так сбивается, а тут такое невнимание. Еще цитат: "В далеком страшном теплом стане ты видишь подновленный горизонт..." Ой, боюс, боюсь! "Славь богов, идя к библиотеке..." "Бардо Тодол, нотариальная контора..." "На Одина не жалуся воотще". "(начало) Наскальный читаю имена, Здесь были вася, слава, оцеола... .... .... ... Над бездною склоняются недописанные слова. (конец)" Это все Женя Реутов публику путал. Вот сбоку я его зарисовал маляш. Мне уже указали - так я всем тут отвечаю: это у него не хуй пририсован, а я так криво карман оттопыренный нарисовал. А уж чем карман оттопырен - не знаю, не лазал. А вообще, все страшно неровно, то сочетают "автобана - осанна", то вообще потрясающий основы образ типа "на почте краденная ручка", и вдруг после всего этого дерьма такие слова: "а на углу одно лишь обещанье: тебя ждет счастье - вон на том углу". В конце вечера видел легендарного Макса Немцова. Лавка языков. Спикинг тангс и все такое. Авторитет на то и авторитет, чтобы окончательно все убить и тем самым институализировать. Макс прочел тоже стихи. Классиков. То ли английских, то еще какую хуйню. Я так дико не верю, что господин Йетс понял бы что-то в жизни московского или дальневосточного поэта (несмотря на вечер, я все-таки полагаю, что во владивостоке есть поэты, не все разъехались). Меж тем, московские поэта считают, что стихи йетса - про них. Дистрофики, блин.... В общем, чтение про джонотана и чайку всех убедило - что вечер - действительно был вечер, а не то, что все было подумали. ... Я накануне Кристалла на этот поэзовечер звал, так он открестился: "какое, в пизду, ментальное пространство такое специфическое у владивостока? Чо за бред? Что у них горячей воды нет и половина машин с правым рулём? и уже своё ментальное пространство? а фамилии-то, ёбаный в рот! От одного звучания хочется встать и пройтись церемониальным маршем. Гиганты! Орлы! Корифеи!! нет, если уж так тебе приспичило - давай, удовлетвори свои детские комплексы. Только, Гриша, не мечи ты там бисер, пожалуйста... а в мастерскую завтра съездим". Кристал, короче, тоже не прав. Ваще никто не прав. ОДИН Я ПРАВ! :-) 26 октября. Да и чтоп никто не обвинял меня (как это легко сделать после моего отчета о встрече поэтов), что я только к Простым Веселым Парным отношусь естественно, а к Хусателям и Пидожникам изначально настроен хусательно и пидожно, - так вот - нынче похоже наклевывается встреча с Иннокентием Сергеевым, так я волнуюсь так, как перед встречей с девушкой какой не волновался. Потому что текст ИС "Март. Игра в куклы" - лучший текст из прочитанных мной за последние полгода. Я говорю "полгода" и не "год" или "два" потому, что не исключаю вероятности, что был текст лучше, но вот позабыл... И вот мне, черт возьми, очень интересно и волнительно поглядеть на человека, который, очевидно, пьет и писает, как я, но при этом создает словами совершенный и точный диагноз кризиса среднего возраста в провинциальной России конце 20-начале 21 века, откуда и куда я и все мы родом. 26 октября. Чума абзац в книге Роберат Торстона "Путь Воина": "...Теперь было абсолютно ясно - они ходят по кругу. Это часто случается с роботами на неизвестной территории, когда отказывают приборы. Джоана потеряла всякое..." Вот ведь, ец, высокотехнологичное будущее, но даже там роботов делают как нынче человеков - с одной ногой короче другой. Или Торстон не знал, что причина блужданий не в том, что Джоана потеряла "всякое...", а элементарно в разности длины ног? Нет, скорее всего саботаж враждебного клана... Однако в лицах открыт раздел Жеки Верховинцева. Его фотками я уже проиллюстрировал свой рассказ о езде в пизде, тьфу, в Ожерелье..., счас просто они же, но чуть крупнее и в своем праве. 30 октября. Нынче утром, попив цитрамона, задавался риторическими вопросами. Их стало больше, когда полез обозревать - че осталось от зарплаты и нашел четырнадцать сотен американских денег. Надо бы знать, что зарплата не составляет и половины этой суммы. Откуда взялось - не ебу. Причем, мало что помню из вчерашнего. Может я у четырнадцати негров отсосал на Китае? Спасительная эта мысль была отброшена - откуда четырнадцать негров ночью на Китае? Да и я был в таком состоянии, что и с одним не справился бы... Может занял у кого? Надо поспрашивать. Пока ношу на кармане и хрусты так лепо ляжку жгут.  Это обложка компакт диска "ЛЯ ЭТУАЛЬ ПРЕДСТАВЛЯЕТ ЛУЧШИЕ ПЕСНИ ЛЮБЭ". Пантелей где-то диск отрыл. Может я чего не понял... Но вот уж повенчали так повенчали розу красную с потной жабой...  29 октября. "Привет Гриш. Я начала читать "Марту", мне очень нравиться. Начальство не дает дочитать, ходит кругами. Бывает читаю книгу, вроде интересно, а закрыла и забыла. А бывает почитаю, прервусь, (типа поработать) а мысли в книге. "Марта" как раз из этой серии. В пятницу начала читать, и-нет вырубили. Очень жалела что распечатать не успела." это было от Айрин Жека, срочняк свой телефон давай. я блин письмо потерял. а седня пиво пить собрался. 29 октября. Нынче идучи на работу, имел комплимент от чувака какого-то в метро: "Молодой человек, какой ты красивый!". Блядь, до чего дожил! То по вечерам после работы пиво попить невозможно в переходе - педики пристают, то вот уже с утра домогаются. Перерождаюсь!... Ладно, это моя личная жизнь, а вот разделенная хроника: Получил письмо с триптихом от Жека Верховинцева. Любуйтесь. Еще Жека пишет: "Слушай, почитал текст И.Сергеева, что ты упоминаешь на главной странице. Ну, я не дочитал еще - работы много, но то что успел прочесть - это просто здорово, после такой прозы как-то легче жить становится. Напиши обязательно, как встреча прошла, интересно, блин!. ЗЫ: Фамилия правильно читается как "Верховинец", но я не настаиваю, как тебе удобнее". С этого момента "...Верховинцева" становится "...Верховинца". Мне так удобнее. :-). Но что делать с именем? ... Встреча прошла отлично. Сначала мне была вынесена благодарность от Цыганова: "Сукин ты сын, Чекотин, но скажи - где ты таких хороших людей находишь (это он о ИС - с которым мы к Юре в мастерскую вломились)!?" Там и нахожу... По-моему, исчерпывающе. Потом получил письмо от ИС - он тоже увидал людей в представленных ему мной людях. Ну и где-то на всем этом благолепном фоне и я имел хороший эмоциональный фронт. ИСа - характеризую кратко его же словами: "ни дня без строчки! больше того! - если я утром не вычеркаю несколько страниц из написанного накануне - день прошел впустую!" Примерно так... Первый писатель гордящийся объемами вычеркиваемого, а не начеркиваемого. И по-человечески симпатичен: "- а не взять ли нам водки?... - давай... - вон ту, ноль пять. топаз... - она и подешевле -.. а... а давай ноль семь! - давай!". Вот это я понимаю!... 
Кончу картинкой с сайта http://www.giperkomics.narod.ru/. Характерный
случай, иллюстрирующий закон:художник - в первую очередь талантливое совокупляющееся животное, а только в редких вторых очередях человек. Итак некий Ростан Тавасиев делает ГИПЕРКОМИКС и вот его заява: Гиперкомикс - система позволяющая моделировать ситуации и принимать решения. Свободно перемещающиеся кадры образуют всегда другую ситуацию, считываемую пользователем в контексте личных проблем и переживаний. Таким образом пользователь опираясь на визуальную информацию находит выход и принимает решение, переложив все муки, раздумья и ответственность на Гиперкомикс. Больше не нужно думать, хорошо или дурно ты поступаешь, не нужно следовать заповедям, придерживаться мировоззрений и понятий. Кроме того, Гиперкомикс предоставляет возможность ежедневно получать точный ситуационный прогноз на сутки, разрушая эффект неожиданности, снимая неопределенность и страх перед будущим, даря пользователю спокойствие и безусловную уверенность в себе в течении двадцати четырех часов. Гиперкомикс призван освободить сознание и сделать пользователя счастливым. Росатн Тавасиев. Рисунки убоги. Все. В силу заявы. Но есть среди них один - опрокидывающий все - и заяву, и другие рисунки. Он, как вы сообразили, вот здесь сбоку. Я им больше чем очарован, я в печали - почему я сам это не увидел! КТО КОГО ЦЕЛУЕТ?! Объявляю конкурс на изготовление копии с свойственной вам манере. Алена, Айрин - прошу особо... Наше дело маленькое, - объявить, попросить. Никто не откликнется. Но наше дело маленькое - предложить. И делаем мы его хорошо, наше маленькое дело. 5 ноября. Новостей есть и все они почти (почти к сожалению) о несовершенстве человеческой природы. Был в гостях в пятницу. Напился. Гости заебали и ушел. Уходя разбил стекло на кухне. Благо первый этаж был. Чтоб вы думали? Хозяева обратились в жек, чтоп оттуда им пришли стекло вставили, а когда я позвонил наутро извиниться - захотели денег стрясти с меня. Я, блядь, конечно, отвечаю. Я, блядь, денег, конечно, дал. Я только такое скажу: если б у меня гости стекло разбили, да еще пьяные, я, может быть, больше их бы не звал (если они занудны бы оказались), но уж по-всякому стекло бы сам оплатил. Такой уж у меня характер. Мелкие ваще люди какие-то пошли.  Это кот Люси. Нече такой котяра. Первая приличная фотка домашнего любимца, принесенная человеку-сканеру (мне то есть). ...Прочитал книжку АRTUR'A HAILEY "DETECTIVE". Он ваще много хороших книжек написал - штук пять, или четыре… Ну все читали - "airoport", "hotel". Бестселлеры. Не все детективы, как "detective" ( "detective" - это не "детектив" переводица, а "сыщик", - я сначала не хотел писать это пояснение в скобках, типа и так понятна игра слов, но вдруг не понятна… я теперь буду стараться некоторое время писать разжевано как артур хейли)…не все, короче, детективы - я бы назвал их "интригативы". Оторваться невозможно. Я уже не помню о чем "отель" и "аэропорт" - но помню - что оторваться не мог. Не помню не оттого, что имею собственное впечатление - что такое "гостиница" и "аэропорт", и оно это собственное впечателение радикально другое, нежели чем у хейли (ну так же различаются - и тут вы мне поверите, что его "сыщик" это не наш мент.. тьфу, спаси меня боже!). Не помню оттого, что они - романы хейли - вроде помеси жены и проститутки: Жена: хорошо и много, и можно всегда, но от этого даже говорить об этом в неприличной компании не хочется Проститутка: хорошо, и мало, и от того уже даже и не просто хорошо, а как-то необыкновенно, и при всем этом - говорить об этом в приличной компании нельзя… А Хейли - такой - проглотил, и глотал жадно, а потом -… и нельзя и не хочется. Отличные романы, короче. С "detective" закавыка вышла. Книга не моя. Соседа. По жизни. А сосед в день по десять страниц читает. Во-первых, у него времени нет читать, занятый очень, во-вторых, он английский учит. По этой книге. А книга.. ну по ней учить не надо. Не адаптирована. И в ней 595 страниц. И читает сосед ее рано утром и поздно вечером. Ну я типа стал брать ее на день. В метро пока едуешь на работу - страниц сто муйнешь. Возвращаюсь раньше его, кладу… И вот на третий раз - я перепился в пизду с друзьями, и приехал позже него. А он - мечет и рвет: где книга и ваще это не этично - брать книгу, которую читает другой. Я ему объясняю: пойми! стерпи! Еще два рабочих дня и я ее дочитаю. Я по-английски читаю быстрее, чем большинство по-русски, и только чуть медленнее, чем сам я на родном языке… Нет, кричит, кричит. Беда в том, что я с ним совершенно согласный в этом вопросе. И в других вопросах такожды. Я ни на кого не примерю свой главный принцип в жизни: БЫВАЮТ ВЕЩИ КОТОРЫЕ ТЕБЕ ПРИНАДЛЕЖАТ (по праву ли владения, приобретения, рождения…), НО КОТОРЫЕ ДРУГИМ - ВДРУГ БОЛЬШЕ К ПОЛЬЗЕ. ТАК ВОТ: ЭТИ ВЕЩИ - НЕ ТВОИ, ЭТИ ВЕЩИ - ИХНИЕ! ОТДАЙ! Это совсем не этичный принцип. Это мой личный принцип. Я могу с себя рубаху снять - если вижу что встречному она лучше или нужнее. Могу и со встречного попытаться снять. И снимаю! И снимаю, если встречный разделяет. Но если не разделяет (угадайте с трех раз - много ли я встречал - разделяющих), то не настаиваю… Очень мне стыдно стало. Я роман отдал и ждал, ждал,.. вот нынче ночью дождался… Сосед заснул, я книгу подтырил и дочитал. А при чем тут гордость? Это же артур хейли! Хорошо что я не наркоман и мне не надо… ...Сюжет романа такой: охуевшего от жизни такой полицейского детектива из города Майми приглашает поболтать перед смертью один приговоренный к электрическому стулу (у вас какой стул? жидкий? нежидкий? - электрический блядь у меня стул! - диалог из книги) серийный убийца. И типа говорит ему: mea culpa, то есть моя вина, все нах замочил, но вот тех не мочил. А "те" - CITY COMMISSIONERER С СУПРУГОЙ, что в наших эквиваленатх если и не юрий лужков с бабой, то этот, как его, замхуй его по строительству с моей несостоявшейся любовницей точно! А наш сыщик сам уже подозревал, что в серии убийств одно какой-то - формально убийство, а неформально - подделка церетелли (ниче что два "Л"? это такой отстой, что даже типа круто - брунелли, пинелли, тинтоноретто, гантели, нет, гантели не катят, а вот церетелли в масть).. И вот поимев признание маньяка наш сыщик начинает копать. А надо заметить что он типа поп-растрига, то есть бывший католический священник. И в этом вступает третья сюжетная линия. Но ее интересней и важнее четвертая - у него есть коллега, баба, он с ней как только не ебется, но главное не это, а то, что она дочь убиенного замхуя по строительству. И ведь такая стерва, не приведи господи, сначала говорит нашему сущику - "еби меня всяко", и это ему не может не нравится, а потом говорит - бросай нахуй жену, а то пиздец. А он ей говорит, а жена и дети - это святое и в этом направлении тебе мало че светит. Ах так, - говорит она, - ты всяко пожалеешь. После этого она резко идет в гору и становится большой шишкой в Депаратменте (она чья бля дочь? Помните дочь березовского поймали с героином на кармане? Хуй бы хны! А мне вот леха недавно рассказывал как его менты ебали когда поймали его возле точки, где травой торговали… "а почему у тя два стольника по двум карманам распиханы" (так расплачиваться удобно))… Хули ш тут удивляться что отверженная сука начинает мстить. Мстит она чисто по-американски - всячески гнобит нашего детектива и не дает ему продвижения. Так он десять лет в Сержанатх (это типа нашего старлея) и ходит, как гонодон. Даже Лейтенантом (это типа нашего капитана) сделаться не может. Потом всякая хуйня, потом мы узнаем, что эту дочь папа-замхуй всяко имел с трех лет. В три года он ей вниз глядел и внизу облизывал, в шесть, сука, ебать стал, в двенадцать она от него родила. Это описывается уже в конце книги, описывалось бы в начале - я б читать не стал. Но хейли опытный как Дашкова (хотят Дашкова еще не так опытна, как Хейли) - он всю хуйню позже вставляет - когда читателя уже засосало… И вот она порешила папу убить, и маму убить тоже, потому что мама все знала, но очень боялась позора для семьи. Понятно, хуй папе какие подряды бы строительные стали светить. Так они власть придержащие и живут. Хуйли, то есть хейли знает че пишет. Ну вот все это перемежается всяко, там еще один колумбиец возникает, который мочит парализованного главаря банды парализованных ветеранов войны во вьетнаме (я, правда не стебусь! так и написано!) , которые решили броться с наркодельцами, и поэтому раскатывали на инвалидных колясках в тех местах, где наркодельцы оптовые и полуоптовые передавали полуоптовым и розничным партии товара, а потом звонили в полицию и сдавали. Идея хорошая, веселая, только прописана как-то не так... Хуже нее прописан только конец, но до конца нам еще далеко… Еще возникает один писатель, с которым ебеться Синтия (это дочь замхуя) паралельно ебясь с нашим сыщиком. Она там ваще со всеми перееблась, причем в доминирующей позиции - сублимируя сочиненное хейлем детство. Этот писатель сводит Синтию с колумбийцем, которому и дают заказ на убийство родителей синтии. Убивает, ясное дело. Обставляет все как будто это убийство совершил серийный убийца, которого ловит Главный Герой. Вобщем, дураков нет, и все выходит на чистую воду. А, совсем забыл, папа синтии перестал ее ебать после 12 лет, и стал денег давать. В общем у нее скопилось пять миллионов долларов на этих дачах. Она из них выделила 200 тысяч на замочилово папы с мамой. Нормально, по-моему.... Отдохнем, маленько, смотрим фотографию.  Это чисто реальное кафе в городе Домодедове. Андрис с Люси зашли ну и сняли. Круто так краской написано, нестесняясь: "КАФЕ ОТКРЫТО! ОТКРЫТО!!" Однако, к делу... Нет, если уж критиковать то: 1)если американцы чем озаботятся - то ничего не решив - доведут меж тем ситуацию до крайности. Демократия - так бомбить, бомбить террористов и их соседей. Потом я смотрю разбомбленных террористов по евроньюз, одному террористу лет восемь, женского пола, волосы слиплись от крови, откуда течет непонятно - лицо чумазое - доставали из-под завала дома, на который антитеррористическая американская бомба упала. Или другая тема: "чайлд абьюз" - злоупотребление детьми. Хуйли, тьфу, опять! - хейли тут как тут, и вставляет в нормально начавшийся детектив как трехлетню девочка папа всяко абьюз. Причем у папа бабла столько, что он свою перверсию мог сублимировать вообще-то и не на собственном дете…. 2) ну и критиковать еще и то, что ребенок-то рафинированный, настоящей жизни не видел, и ваще я зря наезжаю - это ж такие смаковые сцены есть у хейли в его последнем романе (не накаркать бы). 3) …doors opened and some closed… ...Все кончается благополучно. Синтия пытается застрелить пришедшего с ордером на арест Главного героя, ее стреляет напарник Главного героя, Главный герой не может больше работать в Депаратменте Убийств и уходит профессором в Университет, пьет винище по 300 баксов сто грамм (в москве, на родине в два раза дешевле), все поют и пляшут. Аааа, вспомнил, там одна интерлюдия была памятная: один богатей от жены тайком стал ебать одну негру-наркодилершу. Ну он ей стал денег еще давать, она все так прикинула и чисто его от наркотиков отучила. Понятно почему? И все стало идти хорошо, он уже не колется, жена довольна, негра довольна, но тут он с собой кончает. Стреляется. А наша негра завязала с трейнспоттингом и жить ей не на что. Ну она наехала на жену бывшего любовника - миллионершу - чиста дай денег, а то у меня от твоего покойного двойня родится скора. Правда, родится. Ну, жена им выделила пятьдесять тысяч в год. Ну, негра наняла авдоката, чтоп тот больше стряс. А адвокат позвал нашего Главного героя для консультации. Да, говорит герой, пятьдесят тыщь баксов мало даже для одного ребенка, а уж вы ждете двоих.... Я не буду за себя говорить, я просто вас попрошу вспомнить - наверняка у вас есть знакомые, получающие на четверых - мама папа и двое детей тыщь пять-шесть в год и ниче. Нормальная семья: папа пьет, дети учаться, мама штопает, все довольны… В романе все хорошо кончается, чтобы негра снова наркоторговлей не знанялась, наш главный герой выбивает для нее 200 тысяч в год… И при этом я читаю в прессе, что москва одна из самых дорогих столиц в мире. Да хуй вам! Это русские - одни из самых дешевых в мире! А почему? А потому что не далекие… Хватит для такой короткой книшки. а ваще грустно. Вот ВЩ прислал заметку: Сидит Катька (моя) выпивает с нашим жэковским электриком Егором Яковлевичем. Работа сделана на совесть и хозяину (опять мне) сдана досрочно. Ну и стало быть вот она водочка... Егор за жизнь выступает...: "Эх катюха (итить) да если всю мою жизнь (итьить) написать в книгу-то (тритата) будет ну просто...(трагическая пауза, глаза , поиск) - "ПОДНЯТАЯ ЦЕЛИНА"! 9 ноября. Разве я не гений? Это сразу видно по любви к знакам препинания. Гений изобрел точку. Запятую. Знак вопроса. Таланты придумали их комбинировать. Типа !? и ?!. Эпигоны сочинили ; и : и -. А вообще - каждое слово - особый знак препинания. Это ж понятно... Или другая тема: иностранные языки явно существуют для того, чтобы лучше, больше чувствовать вкус к родному. Типа гарнира... Дальше говорить буду в рифму. Всем учить выделенные строки и читать их мне при встрече. Мне будет приятно. ***Новый год 2002* Декабрь, блядская зима, он, коньяка еще подвыпив, пришел на дачу чью-то для вспомоществования событий... ...неровен Дед Мороза шаг, часы на башне бьют посуду, он - часовой не на часах, а на годах и на минутах. и забывает: он в гостях или ко мне пришедши гости, ему остаться в новостях иль их отпустят на погосте. течет беседа, водка, ночь, мы все умрем, но что изменится? и кто-то хочет нам помочь... Снегурка вот меняет пепельницы. ты помнишь были мы какими? как хохотали мы тогда, не вспоминая тех событий ... и звезды падали не навсегда. ах, суть, печаль и смерть не в том, что мы лишь неудачники... мы так удачливо живем в концах своих задачников... **** От пьянства, счастливого пьянства несчастные песни поем, осталось ах, клясться, божиться и клястья, когда разуверен во всем. Ты как-то, в какую-то пьянку, свиданье назначила мне, я ехал всю ночь на Свиданку, но нет таких улиц в Москве. В другой раз в другом помраченье вернула мне мой поцелуй, бледняя с такого значенья, потупился долу мой хуй. От пьянства, горячего пьянства, брататься охота до драки, и мы, не сдержав постоянства, расхрисатны, словно Ицхаки, сшив ниткою веки и брови, раскинувши руки в полкруга, таинственной, узкой тропою бредем друг за друга за другом. и девочки меняются серьгою, блузкой, брошкою, и девочка меняется на более хорошкую. а мальчики, что были нам друзья, - вдруг пидоры, с которыми - нельзя! - поразгадать о будущем, потолковать о прошлом, забыть о настоящем и из себя повыйти, да как тут забывать!? когда неможно выпить! а все ведь из чего? что сводит, горбит плечи (друг с другом и с плечом того, кто недалече)? ну почему, как выпьем и станем налегке, забыв куплеты сыпем, грустя об ямщике? От пьянства, несчастного пьянства, счастливые песни поем, осталось ах, клясться, божиться и клястья, когда разуверен во всем. **** жизнь висит на волоске? в чем, друг, тут проблемы? тоньше жилок на виске только руки-вены. Руки-вены - это выход тех, кто уже вышел, Ну а нам.. ну вот хоть мне это - шышел-мышел. Жизнь висит на волоске - чья это находка? ах, меня тошнит вовне и вовнутрь блевотка. Жизнь висит... когда висит - значит, все в порядке, на натянутой струне - не любовь - так блядки! Блядки - дело не плохое (блядовать не обязательно), коли по душе лихое - сыщешь, где искательно. Жизнь висит на волоске... да в пизду все волосы! если жизнь - как на песке пальцы чертят полосы. ..кто еще нас укоряет (где нас не ебли!?)? ...да любой, кто наживляет нитки не свои... ***Про любовь* На павелецком вокзале люди всякие, одни - на узлах, при узлах и с узлами, а другие - к не своим узлам да в обидах... ах, других тут сто сорок.., сто семьдесят видов! Покупаю сосиску в тесте, ну и пива ящик - пить всяких зрящних. Ах, друг Миша, ебаться не вместе с тем, кто мил, - есть удел всех купцов Калашниковых... Сижу пью Метаксу. На этикетке "..с 1888 года"... Круто. Если б я водку гнал, я бы написал "С 16666 года". Или "С 166 года". Красиво когда цифры повторяются. А шестерок мы, русские, не боимся. Шестеркой больше, шестеркой меньше, какая хуй разница. 13 ноября. Вроде я талантливый. Вроде Юрка - талантливый. Как же такие талантливые люди могут так бездарно напиваться!?... День риторических вопросов. 16 ноября (1). "...Для перекачки бензина из одной емкости в другую обычно пользуются шлангом. А чтобы в шланге создать разрежение, воздух из шланга отсасывают ртом.  Процедура не только не доставляет удовольствия, но при перекачке этилированного бензина она опасна и совершенно недопустима. Чтобы избежать этого, через шланг пропускают тонкую проволоку, к которой привязана пробка из ветоши (своеобразный поршень). Конец шланга с пробкой опускают в емкость с бензином и, потянув за проволоку, энергично протаскивают пробку сквозь шланг. Бензин следует за пробкой." Вот так, блядь, бензин следует за пробкой... ...а снег летит падает, но чаще между кружит, и мы следим в окно следы тех кто не нужен... такие дела... У меня счас возник ряд проблем личных, которые я в силу повышенного внутреннего эмоционального фона, эээ.. переживаю. Поэтому уже достижение - если людям праздник не испорчу. Поэтому пишу мало. Опять же Кристалл куда-то пропал (вам кажется, что это не в тему - так мне похуй что в тему, что не в тему, мне так кажется, что тот кто сейчас топится, или вешается, или стреляется, или всяко, делает это немножко и за меня, как это говорится "за себя и за того парня..."). Вчера получаю по аське мессагу: "Здравствуйте Григорий. Чиатю ваш сайт. Вот где вы про хейли пишите. Почему вы так много материтесь? А вы при жене тоже материтесь? А при ребенке?" ... Пиздец какой любознаетельный читатель нынче пошел! Я ответил: "Я не матерюсь! Я ругаюсь. Иногда..." Ах, еб твою мать! Ах, еб твою мать, нет слов... Материтюся - это слово типа английского talk shops... Оба с бастардским происхождением. Однако не буду портить праздника ..и я в своем углу сижу, гребу, гребу, гребу, гребу... так кот мышиные следы сгребает на полу... такие дела... Однако, вот немного красивого. Фотографии Вероники. Я вчера был в гостях. День рождения. Старые знакомые. Очень люблю и их, и детей ихних. Встречаемся раз в три года. Соня меня представляет гостям так: "Это гриша, гриша - это мои шестнадцать лет!". А шестнадцать лет Соне было не вчера. Почему, спрашивают гости, гриша - твои шестнадцать лет? "Потому что, когда я вижу Гришу, я чувствую как будто мне шестнадцать лет..." Однако у Сони есть сестра Вероника, и вот она очень красивая. Я в принципе не выношу восточной красоты, особенно тошнит от модной восточной красоты, в которой есть толика европеида, кавказца. А вот вероника - чистой воды восток. Нация у них такая: ассирийцы. Любуйтесь короче. Та еще штучка. Не пройдет и полугода как Соня разгрызется с Вероникой вдрызг из-за 50 долларов...  Чувствую, что нынче может случится полный онлайн, потому не прощаюсь. 16 ноября (2). Влад позвонил. Влад новую рифму сочинил. "Е2 - Е2". По моему тут что-то есть от того, что есть там. В предыдущем Владовом стихотворение рифмовались: "кеды -... -... полукеды".  Какое же блядское настроение-то! ...Еще Влад предложил мне прозвище: Гриша Арбатский. Потом подумал, послушал Катю, и поменял на Гришу Китайгородского. На что я ему отвечал, что знал однажды одну девушку, редкой красоты, которую мало кто замечал, потому что сразу впадал в прострацию от длины ее косы. Коса была до колен сзади. Густая такая. Девушка та мне не раз говорила: "выйду замуж - обрежу". Я точас бежал прочь. Глупый был, прямо понимать не умел еще. Мне казалось, не о косе говорит. Да, к чему это я? Фамилия ее была Китайгородцева. 16 ноября (3). Есть у меня один коррреспондент-респондент. Лена зовут. У Лены есть аська. Лене нужно было ник для аськи придумать. Фамилия у нее Голощапова. Девушки обычно фантазией не блещут. Потому дольше живут. И успешней. И все-таки, несмотря на указанные и неуказанные disables или handicaps, она себе выдумала непритязательное AneL. Тут есть что-то и от .. и от.. и от.. Выдумывайте сами в силу объема своей фан... в силу объема налитого, или что там у кого... И еще Вовка тут сказал (вот обещанный онлайн пошел), "Я когда с женой проблемы имею, я всегда на грань становясь, схожу с грани сказав себе :"Ец! Она ж сама сама себе не хозяйка"." "Ец" я от себя добавил, добавлю также, что Вовка сказал не "имею" а "имел". Развелся. Грань оказалась хитрая, блядь. А AneL ей-ей красиво. 20 ноября. Нынче утром дома подзадержался. Мультик с сыном глядел. Про малыша Билли. Маленького такого негра. Собственно это серия мультиков про Билли, развивающих, то малыш учится быть не жадным, то не быть ложным повторяшкой, и так далее. Малыш Билли ходит в детсад, в очень политкорректную группу: кроме него есть еще один негр, один латинос, белый и одна китайская девочка. Негра на один больше, но поскольку создатель образа билли - тоже негр, то это нормально так. Хорошие мультики, совсем не то что телепузики... И вот в нынешней серии малыш билли с другом в "поход ходили". Т.е. бегали по дворовым кусатм, плыли на скамейке-"каноэ" по "реке" из развешенных простыне, а соседка из окна-"чащи" ревела на них "медведем". Надели на себя пакеты большие, порвав их внизу - типа юбок - превратились в индейцев-дикарей. И тут вдали заслышалась полицейская сирена...: - О!, - малыш Билли поднял пальчик, - волки воют... Ей-богу! я это не выдумал. Как ментовская сирена родила образ волков в мозгу трехлетнего негра, - теряюсь... Однако, забавно.... ...Однако, еще о приятном. Фотки потом покажу, сходил на индийский фестиваль ДИВАЛИ, на который так безуспешно звал всех. Много писать не буду. Как, блядь, матом напишешь - так все сбегуться, а как нормально так звал на нормальный такой праздник - так хоть кто бы задницу разочарований оторвал. Много было на сцене красивых девчонок, пять часов они шли мимо заинтересованных зрителей. Мой Паолец сначала полтора часа весьма интеллектуально смотрел танцы, потом встряхнулся, понял, что все выучил и еще полтора часа у сцены скакал и прыгал. Всего-то две шишки набил, ерунда такая... Детей была масса, сладостей индийских (в рот не беру!) тоже. Танцы были всякие - от классических до киношных. Костюмы - ец! когда видишь этих красоток из Волгограда или Воронежа в "настоящих" сари - очень славно делается оттого, что есть еще люди, которым в жизни не хватает именно таких "пустяков" как индийские танцы. Да, девушки с избыточным весом, у меня щас жена скоро родит, так вот она ходит и зудит: я де кило-другое набрала, жирна стала, самой противно. Я, конечно, утешаю, как могу... НО! Поглядев на то, как 70-80-килограммовые участницы некоторых коллективов наплевав на свои явные формы, отплясывают без стеснения очень и очень искусительные, соблазнительные и при том очень изящные па, супруга - вот уже третий день собой вполне довольна. Вот так: телом не худеть надо, а обращаться. Был один несимпатичный момент: арабский танец. Оказывается он состоится в двух сотнях тысяч мелких подрагиваний задницей в минуту. И все. Тоска. То ли дело, когда индийская танцовщицы движениями рассказывает как пошли девушки купаться, скинули сари, подкрался Кришну, связал одежды их в узелки, закинул на два платана, сам тоже залез, сидит на флейте играет. Ну, девушки, искупались, вылезли, а он и того-этого... Смотреть надо... Сразу задницей трясти и на Дмитровском умеют. Короче было хорошо. Я за пять часов проведенных на празднике этом даже бутылки пива не выпил. Это типа окончательная рекомендация сходить 24 ноября тем, кто не сходил 18-го. Я, наверно, снова пойду.... И теперь о фанатстике. Прочитал я Калугина пару романов, всяких Головачевых да Лазорчуков. Потом интервью с ними тоже почитал. Вот кумиры и властители дум. Как они думают. А ведь хуй! - властители они только Времени, но никак не Дум. Цитаты из них здесь у меня если и появлялись - то только в виде приколов-проколов. Потому что не добрые они. Совсем. И читая их свою недоброту сублимируешь. Не больше того. Поэтому читаю их взахлеб, но встречи творческой искать не буду, шансов не воспользуюсь, а если перепьюсь случайно за соседним столиком, то пригнобить не премину. Может, просто я низкого мнения о жанре фанатстика. Так вот нет же. Параллельно читал Джона Уиндема. Разве он не прелесть? Вообще, американские фантасты отличаются от российских тем, что первые с возрастом всего лишь выживают из ума, а вторые так в него и не вживляют никогда. ВОТ ОБРАЗЧИК ДЕЛА СЕРДЕЧНЫЕ Элиот внезапно запнулся на полуслове. В другом конце зала ресторана «Д'Авиньон» стоял метрдотель и атращил на него глаза, причем каждая черточка большого выразительного лица Жюля дышала беспокойством, определенно создавая атмосферу драматичности. Джин проследила за взглядом своего спутника. — Что это с ним? — спросила она. — Понятия не имею, — пожал плечами Элиот. Как завороженные, наблюдали они за Жюлем. Плавно покачиваясь, как дирижабль, управляемый умелой рукой, метрдотель с достоинством нес большую массу своего тела между столиками, пока не остановился возле них. Выражение плохо скрываемого ужаса на его лице заинтриговало Элиота. — Что, суп отравлен? — дружелюбно поинтересовался он. Жюль, даже не улыбнувшись, продолжал излучать страх и смятение. — Прошу прощения, мсье. Мне очень жаль. Произошла ошибка, — произнес он, делая ударение на каждом слове. Элиот воспринимал исходящие от него звуки так, как он обычно слушал людей, пока не привыкал к их речи. Одна из проблем практикующего логопеда состоит в том, что куда бы он ни пошел, он нигде не может забыть о своей работе. Любой незнакомец, произнося слова, сообщает о себе дополнительную информацию — откуда он родом, где получил образование, где живет сейчас. Каждый звук, издаваемый им, немедленно анализируется, принимается во внимание абсолютно все — его полость рат, губы, язык, то, как он их располагает по отношению друг к другу при произнесении слов. Все это представляет собой такой большой профессиональный интерес, что зачастую сама речь не достигает той цели, для которой она произносилась. Так произошло и на этот раз. С первых же слов Жюля Элиоту стало очевидно, что кто-то из его родителей — скорее всего мать — уроженец юга Франции; что сам Жюль воспитывался в Англии; что при желании он мог бы говорить на превосходном английском; однако сознательно из профессиональных соображений сохранил материнский выговор, привнеся в него акцент Сохо, пока такая манера говорить не вошла в привычку; а его жесты свидетельствовали о том, что он чрезвычайно педантичен и во всем любит порядок. Всего несколько слов — и столько информации!.. На сами слова Элиот, правда, не обратил внимания. Жюль тоже сделал свои скромные выводы. Очевидно, клиент — американец, конечно же, из Нью-Йорка, потому что в Англии считается, что все американцы приехали из Нью-Йорка, кроме тех немногих, что занимаются кинобизнесом. Жюль также понял, что разговор не завязывается. Он сделал вторую попытку: — Произошла ошибка, мсье. Этот столик заказан. — Не сомневаюсь. Я заказал его вчера по телефону. — Ошибка как раз в этом. Мадемуазель и мсье не возражают пересесть? У нас есть неплохие столики... — Мне кажется, я имею право сидеть за тем, который я заказал. — Это было неправильно, мсье. Я хочу сказать, что было ошибкой принять ваш заказ. Каждый год 28 мая этот столик занят. Джин наклонилась, вперив взгляд в озабоченное лицо Жюля. — Каждый год 28 мая? — переспросила она. — Да, мадемуазель. С половины девятого. Так заведено. — Что ж, в этом году..., — начал было Элиот, но девушка прервала его: — Как романтично, правда? — Мадемуазель догадалась. Дела сердечные... — с легким вздохом согласился Жюль. — Я здесь тоже по сердечному делу, — резко заметил Элиот. Взгляд Жюля оценивающе скользнул по девушке, и на какую-то долю секунды восхищение вытеснило тревогу с его лица. . — Это, — сказал метрдотель, — очень легко понять и, более того, вас можно от души поздравить, но... — он умышленно отвернулся от покрасневшей Джин, — но совершенно очевидно, что мсье не мог иметь одно и то же сердечное увлечение больше тридцати лет. — Допустим, — согласился Элиот, — неужели вы хотите сказать?.. — Это правда, мсье. Каждое 28 мая, вот уже более тридцати лет. Джин пододвинула к себе свою вышитую бисером сумочку. — Думаю, Элиот, перед лицом таких фактов нельзя ему отказать. Элиот кивнул головой и поднялся. Жюль просиял от радости. . — Мсье очень добр, а мадемуазель... она понимает сердечные дела! Он проводил их за следующий столик и проследил, чтобы они хорошо разместились. — Поверьте, мне очень неудобно, мсье. Если бы я был на месте, когда вы делали заказ, ошибки бы не произошло. — В качестве компенсации вы можете рассказать нам об этих Дарби и Джоан, — предложил Элиот. — Годовщина свадьбы? — О нет, мсье.— Жюль наклонился ниже. — Видите ли, это лорд Солби и миссис Блэйн. Судя по его тону, имена должны были говорить сами за себя, однако Элиот только покачал головой: — Это ничего мне не говорит, правда, я из Чикаго. Жюль проявил себя большим англичанином, чем следовало ожидать по его акценту. . — Никогда бы не догадался, мсье, — произнес он сочувственно. — Здесь у нас это знаменитая история, очень романтичная, очень печальная. Миссис Блэйн в девичестве была Лили Морвин. — Понятия не... — начал было Элиот и вдруг вспомнил. — Хотя нет, подождите. Что-то мой отец рассказывал... Он был здесь во время войны, другой войны... Она, кажется, тогда выступала в водевиле? Жюль наклонил голову. — Любой старик с удовольствием вспомнит, какой она была в те дни, мсье. Все молодые люди сходили по ней с ума. — Я тоже о ней слышала, — вступила в разговор Джин, — «Город провозглашает тост!», шампанское из туфелек и все такое. — Так оно и было, мадемуазель, хотя шампанское из туфелек в 1918 году считалось уже немножко старомодным. Но вечеринки действительно устраивались. Все офицеры в увольнении приходили послушать пение Лили Морвин в «Колизей», и каждый вечер там проходили концерты, во время которых она заставляла их забыть о предстоящем возвращении во Францию. Все они боготворили ее — но ничего больше, вы меня понимаете. Они любили ее, потому что она на некоторое время помогала им чувствовать себя счастливыми. А когда приходила пора возвращаться к себе, они брали открытки, которые она им подписывала, и прикалывали на стенах своих блиндажей, и там продолжали любить ее; и это светлое чувство не приносило им никаких огорчений. Всем, кроме двух. Двумя наиболее серьезными поклонниками были лорд Солби — тогда еще капитан — и капитан Чарльз Блэйн. Помолчав, Жюль продолжил: — Лили сверкала звездой первой величины, поэтому вся ее личная жизнь была на виду. Все знали об этих двух молодых людях. Они были соперниками, а служили в одном полку. Стоило увидеть рядом с ней одного, и тут же шла молва, что избранник — он; стоило появиться другому, и общественное мнение склонялось в противоположную сторону. Те, кто помоложе, уверяли, что капитан Блэйн — жизнерадостный парень приятной наружности; старшие говорили, что у капитана Солби гораздо больше денег и титул. Для мисс Морвин ситуация была не из легких. Капитан Солби привел ее сюда в «Д'Авиньон» 28 мая 1918 года. Это был последний свободный вечер капитана — и он сделал ей предложение. Лили ответила, что не может его принять — она тайно обвенчалась два месяца назад и в настоящее время является миссис Блэйн... Гастон, который обслуживал их, рассказывал мне, что лорд Солби выглядел совершенно ошарашено. Он даже забыл оплатить свой счет, пришлось выслать ему по почте. Это было так печально! Лорд Солби вернулся во Францию. Поговаривали, будто ему было абсолютно все равно — убьют его или нет. А капитан Блэйн погиб несколькими месяцами позже. 28 мая следующего года война уже была окончена, и лорд Солби снова привел сюда миссис Блэйн. Весь вечер он умолял ее, но она только качала головой. Они уходили последними. Гастон сказал, что лорд Солби выглядел в этот раз еще хуже, чем в предыдущий — наверное, потому что смерть капитана Блэйна вселила в него новые надежды. К тому времени лорду Солби было 24 года, и все дамы, имевшие дочерей брачного возраста, очень им восхищались. Но его не интересовали их дочери. Он не участвовал в общественной жизни. Вскоре ни для кого уже не было секретом, что его интересовала только миссис Блэйн; известно было и то, что она верна памяти своего мужа. Даже спустя столько времени дом ее наполняли фотографии и подарки капитана Блэйна. Лорд Солби стал важным человеком в крупных компаниях, он заседает в палате лордов. Но он так и не женился. Каждый год 28 мая он приводит сюда миссис Блэйн, и сцена объяснения повторяется вновь и вновь. Она хранит верность памяти молодого мужа, который погиб во Франции много лет назад. Теперь вы сами видите, какая это романтическая и печальная история. — Это ужасно — так беззаветно любить! — пробормотала Джин. — Для кого ужасно? — поинтересовался Элиот. Девушка взглянула на него с прохладцей. — Для обоих, — сухо ответила она, затем вновь обратилась к Жюлю: — Неужели все так безнадежно? Неужели они никогда не поженятся?! Метрдотель пожал плечами: — Женщина обычно любит менять свои решения, но когда она говорит «нет» больше тридцати лет подряд... — внезапно он оборвал себя на полуслове. — Мадемуазель, мсье, прошу прощения. Разговаривая, Жюль умудрялся держать в поле зрения весь ресторан. Он уловил какое-то движение за дверью и, прокладывая себе путь между столиками, со змеиной ловкостью заскользил ко входу. Вскоре он вновь появился в зале, ведя какую-то пару к столику, освобожденному Элиотом и Джин. Лицо его выражало крайнюю степень удовлетворения. Немногочисленные посетители ресторана с интересом следили за шествием пары. Мужчина был высокий и подтянутый, с аскетическим лицом под шапкой уже начавших серебриться волос. Он смотрелся старше своих шестидесяти лет. Лицо женщины, очень ухоженное, привлекало своей мягкостью, светлые волосы выглядели естественно. Вот только вес, пожалуй, был чуть больше, чем того хотелось бы, однако каким-то образом складывалось впечатление, что ей совсем не трудно вернуть изящность своей фигуре. Казалось, будто даме все еще слегка за сорок. Жюль, кланяясь на каждом шагу, проводил пару до столика и поистине императорским жестом подозвал официанат. Джин внимательно наблюдала за происходящим. — Видно, что у него мало радости в жизни, — сказала она. Тем временем миссис Блэйн устраивалась за столиком. Ее жесты были полны спокойной уверенности, как будто она не знала, что на нее смотрит множество глаз. Наконец миссис Блэйн улыбнулась своему спутнику. Его попытка ответить ей улыбкой получилась весьма неубедительной. — Бедняжка, — заметила Джин, — это несправедливо. Ни одна женщина не имеет права заставлять мужчину болтаться вокруг нее столько лет. Когда она говорит «нет», она обязана сделать это достаточно определенно — если, конечно, она действительно имеет это в виду. — Вне всякого сомнения, Лили высказалась достаточно определенно, — сказал Элиот, — может быть, он из тех парней, которые никогда не смиряются с поражением. Его не особенно интересовала эта пара. Сперва они заняли его столик, теперь — завладели вниманием Джин. — Как ты думаешь, он каждый раз по-настоящему делает ей предложение? — спросила девушка. — Понятия не имею. По прошествии времени это уже начинает казаться нелепым, просто игра, в которую они продолжают играть. — Но ей эта игра нравится. — В таком случае и ему тоже. Джин взглянула на своего спутника. — Что я ненавижу в мужчинах, так это то, как они упрямы и любят поспорить, — провозгласила она. — Угу. Ты не находишь, что эта тема уже надоела? — спросил Элиот, кивком головы показывая на пару. Возобновление прерванного разговора заняло немало времени. Но даже когда они наконец заговорили о своем, Элиот чувствовал, что не все ее внимание присутствует ему. Джин продолжала бросать быстрые взгляды через зал, наблюдая за поведением пожилой пары и невпопад отвечая на его замечания. Одно из них она прервала на полуслове: — Смотри! Мне кажется, они перешли к главному. Я уверена, что сейчас он делает предложение. Элиот раздраженно оглянулся. Капитан Солби и миссис Блэйн слегка наклонились над столиком и неотрывно глядели друг другу в глаза. Он наблюдал за движениями губ мужчины. — Если ты действительно хочешь знать... — начал было он, но вдруг осекся. Элиот всегда был убежден, что те сведения, которые ему удается получить с помощью профессиональных навыков, строго конфиденциальны. К счастью, Джин не слышала его. Ее внимание было приковано к паре. Мужчина закончил говорить и, заметно волнуясь, ждал ответа женщины. Та задумчиво подняла взгляд и слегка покачала головой, ее губы что-то произнесли. — Нет, — пробормотала Джин, — она сказала «нет». Женщина произнесла что-то еще. Она говорила медленно, нажимая на каждое слово. Лицо мужчины сразу посерело, он был похож на человека, загнанного в угол. Несколько секунд лорд Солби неподвижно сидел, глядя на нее. Затем поднялся, поклонился ей и вышел из зала. Он шел, ничего не видя перед собой. Руки Джин сжались в кулаки. — Как скверно с ее стороны! И все из-за человека, который уже тридцать лет мертв. Она не права. Бедняга просто убит! — Это не наше дело, — сказал Элиот и постарался сменить тему разговора. Откуда-то снаружи донесся звук, похожий на хлопанье двери. Жюль, переполненный смутной тревогой, направился выяснить, в чем дело. Минутой или двумя позже он вернулся с неестественно бледным лицом, подошел к миссис Блэйн и что-то ей сказал. Она спокойно собрала свои вещи и проследовала за ним к выходу. Когда Жюль появился вновь, Элиот жестом подозвал его. — Лорд Солби? — спросил он негромко, так чтобы его не было слышно за соседним столиком. — Неприятный инцидент, мсье... — Не надо, я знаю, что это был пистолетный выстрел. Он мертв? Жюль наклонился ниже: — Да, мсье, только, пожалуйста... — 0'кей. Мы сохраним это в тайне. — Благодарю вас, мсье. Вы понимаете, такое происшествие может пагубно отразиться на репутации ресторана. Метрдотель двинулся дальше, оставив Джин в ужасе глядеть на Элиота. — Дорогой, — ошеломленно произнесла она. Элиот налил ей вина. Девушка благодарно кивнула и дрожащей рукой поставила стакан. — Я чувствую себя такой потерянной, — сказала она, — я и не подозревала, что мужчины способны так любить. Тридцать лет бесплодных надежд... Тридцать лет — и какая развязка!.. Ее вина! Если не можешь подарить ему любовь, то, по крайней мере, не надо с ним встречаться. — Угу, — отозвался Элиот. Он мог бы прокомментировать случившееся более убедительно, однако мешала профессиональная сдержанность. Насколько ему позволило видеть его натренированное зрение, последними словами, слетевшими с уст миссис Блэйн, были: «Нет, Джон. Сейчас я твердо намерена выйти замуж. К тому же я буду обходиться тебе много дешевле, когда ты женишься на мне. И не забывай, стоит мне только рассказать им о том, что на самом деле случилось с Чарльзом во Франции...» |