16 февраля - 28 февраля16 февраляКАК Я С СОНЕЙ НА ЧУЖОЙ ПРАЗДНИК ХОДИЛРазве это жизнь. Опять с женой поссорились. Она мои колоночки, колонки мои любимые – в углы комнаты поставила и шкафами позадвинула. Я книги всегда выбрасывал и раздавал – потому что ненавижу много вещей перевозить, мотаясь по съемным квартирам, но колонки эти всегда с собой пер и не жаловался. Знак стабильности, музыка, для меня.И вот сижу растроенный, а тут Соня звонит: то да се, пошли с нами на ДЖ. К хорошему человеку. То что надо! Подорвался и побежал. ПО дороге прибухал немного джин-тоника, потом еще. Потом мы в гости попали. Но сначала у метро встретились. Нас Шестеро: хозяин, два его друга, Соня с подругой и я. Тролейбуса нету. Хозяин ловит тачку, кидается в нее, подхватывает своих пацанов друзей и кричат нам отъезжая адрес, куда ехать. Соня напряглась, я тоже: что-то у парня не то с ориентацией. Две девушки – и он бросает обоих. Однако приехали. Десять мужиков, бородатых, отчаянно бакланящих за спасение русского народа, вернее не всего, а его православной части, море водки и салатиков. Девушек по-прежнему две – Соня и ее подруга. Мужики таке бородатые, что я ваще струхнул – лучше бы они педами оказались, чем вот такими пиздолбольствующими боевиками за идею. «Союз православного большинства». Из него были эти пацаны. К хорошему человеку, называется, приехаали. Обычно я краду чужие зажигалки, но тут, - прикурив, положил на стол свою. От греха подальше, как бы не прискипались – че я прикурил, и в карман засунул. И главное, - молча! Может, ты и говорить с нами не хочешь? Кирил! – воскликнул один из бородатых гостей, обращаясь к бородатому имениннику, - я тебе желаю, чтобы у тебя все случилось! - и тут внезапно хлопнула дверь, открывшаяся в соседнюю пустую комнату, где было темно, и только окно синело где-то в глубине. Зловеще так все вышло. В общем, осторожнее ходите в гости к хорошим на чужой вкус людям. С того дня рождения мы с Соней снялись и получаса не просидев. Меня даже море водки не остановило. Когда слова поперек горла становятся – их и водка не прошибет. Впрочем, я все равно напился в синюю рвань. 24 февраля КАК Я ОБЛАЖАЛСЯ Был я третьего дня в одном старом знакомом офисе. (Третьего дня – это уже все две недели прошло, на данный момент, когда я уже сам читаю, а не пишу это все. Но поскольку автор застывает в форме лирического героя, застывающего во времени и пространстве, то такие места я не редактирую.) Жизнь и так жопа, а город Москва, как линза между тобой и всем остальным, и как линза – не той стороной поворачивается, на мелкое – уменьшающей, на и без того напирающее – увеличивающей. Это я извиняюсь за преувеличения и преуменьшения, которые у меня случаются. Они одни и случаются. Держите это в уме. Ведь вот вы – вы ведь без преувеличений и преуменьшений на окружающих и окружающее смотрите, трезво, рассудительно, 1:1 – и что? Много вы пишите? О многом интересно написать? Не о многом. Стало быть, если я пишу – значит, гляжу не трезво, не рассудительно. Поэтому не стоит обижаться. Старый друг уже приметит: собирается ГЧ отъебать кого-то в очередном своем тексте. Коли так много извиняется в начале. На то он и старый друг… …И выходя из этого офиса встретил старую добрую знакомую Валю Розину. (Она совсем не старая, а даже наоборот; и не такая уж и знакомая; но есть в Вале доброта и принятие человеческое – такие, что кажется: знаешь Валю уже сто лет и два (вот эти самые!) месяца). В общем, рекомендую Валю всегда и везде: не подведет.) Возможно, Валя уже и не Розина, давненько не видались, но щурится все так же и вот что говорит: - Я, - говорит, - тебя регулярно читаю. А надо сказать, что шел я в подавленно-раздраженном состоянии. Жизнь была дерьмо, совсем никчемная, в последнее время; сплошные неудачи, и даже там где я не выступал, все равно че-то случалось, а в тех случаях, где я по-привычке полагался на свой отточенный ум и знание людей – подводил меня и ум и знание… А тут Валя, оказывается, меня регулярно читает. А Валя не из тех, что могут предаваться удовольствию, не снабженному толикой пользы (как лапша «Доширак» снабжается пакетиком химических приправ). То есть получается, что моя бесполезная жизнь все же дает пользу – пусть не мне. Но вот будучи потрачена на лирического героя ГЧ. Так за дело! Вечером и сел. Налил, как полагается, и вот значит что бесполезного в моей бесполезной жизни происходило, извлекайте пользу и урок, и удовольствие. Какие-то злонамеренные люди подкараулили меня возле дома и поломали нос. Голову ногами избили. Все как полагается. Отняли разные вещи. Я бы не поминал об этом случае, если не собирался написать, - во вторую руку (в первую руку, если вы заголовки читаете – вы должны знать, я собираюсь писать КАК Я ОБЛАЖАЛСЯ), а написать собирался, потом что печальная, в общем-то, эта история, имела два последствия –жизнеутверждающее и незакономерное. Но во вторую руку, чтобы после первой не остался кривой осадок. Счас первой расстроюсь. А второй жизнеутвержусь. На днях. Итак, пишу седня про то, что было седня. Седня С. думает (я так надеюсь): «ГЧ из-за меня на 4 сотни попал». А вот хуй там! ГЧ так думает: «Я сегодня из-за этого злоебучего мальчика очень влип. Мировозрение мое пошатнулось и здание его нарушилось». Вот как было дело. Недели три назад звонит мне один кекс: - Заедь, - говорит, - дело есть. Кекс этот уникальный перец; уж он и hugoboss душился, и armani, и aramis по совету матери, и жена ему gabanо покупала, и любовница rikel; - а от него все равно одними только деньгами пахнет, несет, льет и воняет (если бы деньги воняли, конечно). Возьмите новенькую сотню, понюхайте, чувствуете запах? Так вот от перца этого этот запах столь же силен, как волна хлебного аромата, когда мимо хлебзавода идешь морозным январским утром. При этом – излишне не обольщайтесь – от него деньгами именно пахнет, а самих денег у него нехера никогда нету. Ну, то есть, хуй вы денег с него за что слупите. Что одно и то же. - Заедь, - говорит. Мне он, как всякий уникальный человек, завсегда настроение поднимает. Я от него почти так же прусь, как от пилотов самолетов ТУ-134 и ТУ-154, когда они в форме вне самолета по салону автобуса идут, или по-простому на кухне водку хлещут. Заехал. - Сайт, - говорит. – надо сделать. - Аванс! – говорю. - Типа очень крутой сайт, - говорит. - Аванс! – говорю. - Типа чуть ли не уровне министерства заказчик… - «Халява!» - думаю, а говорю: - Аванс! - Ну, сколько ты хочешь? – говорит, а думает: «Интересно, сколько попросит, надо постараться штуку баксов в углах себе загнуть» - …., - говорю. - «Так, загну все две штуки,» - думает, а говорит: - Ну не фига себе! Объясняю ему требуемую мной сумму, объясняю снисходительно (снисходительно, потому что умею читать его мысли, и потому что знаю, чем его двадцать сотен за посредничество отличаются от двадцати сотен за исполнение… почти ничем… почти…. «почти» - в данном случае состоит в том, что никакой посредник никогда не стыдиться этих двух штук, а непосредственный исполнитель бывает очень комплексует – так ли наполнил он реальной своей работой выплаченные ему денежный эквивалент рыночной стоимости своих услуг). Объясняю снисходительно: деньги не все мне. Коли сайт министерский – то, если его очень хорошо сделать, можно не только денег слупить, но просто гордиться и всем показывать. Потому к своей обычной работе, понять чего не понимает в своем производстве заказчик, и подобрать за ним ошибки самовыражения, я включаю деньги за супер-пупер-мега-веб-дизайн, который будет делать супер-пупер-мега-веб-дизайнер. Кекс был убежден. А как же, кстати, аванс? И аванс был выдан. Взял я четыре сотни и даже до дома не довез, поехал и выдал их супер-пупер-мега-веб-дизайнеру по имени…. э-э-э-э-… назову его Кристином. Самое то имечко. Почему так мало? Некоторые люди, знакомые с некоторыми ценами, скажут, что это очень мало для работы супер-пупер-мега-дизайнера. Ну что ж, тут в одной конторе, недавно веб-дизайнера искали. Нашли. Быстро. Зарплата у них там для него – полсотни за отрисовку сайта. В общем, рынок, опять же люди разные. Когда работы нет – это одни сумма, как пороговая планка для взятия заказа, когда работа есть – планка другая, имя имеешь – одна сумма, находишься на первом этапе зарабатывания славы – другие деньги зарабатываешь. Кристин находился на таком этапе, что правильной суммой для него было бы долларов 200. Лучше всего сто. Нет, потом можно было бы ему и все остальные (до 800) отдать (хотя лучше бы было 4 сотнями и ограничиться), но сразу начинать с 4 сотне было ошибкой. Но разве ж я знал? Я ж по себе сужу. Я хуйово ни за какие деньги сделать не могу. Большие ли, маленькие, вперед ли, назад. Либо берусь и делаю как обычно, либо не берусь. Не потому что я такой стабильный, а потому что если сделаю хуево, то в другой раз ко мне не обратятся, и останусь я с голой жопой, и не на что мне будет жить, есть и пить. Ну, я думал, все такие. В отношении отношения к работе. Кристин не такой оказался. Хотя ничто на это не указывало. Ведь как дизайнер, он… Кристин – это такой был весь из себя модный чувак (Валька, к тебе обращаюсь: видала на мне третьего дня немерянные оранжевые взамшевые штаны? Так вот, я отдыхаю по сравнению с Кристином, ибо на мне всего лишь штаны, а в нем – поколение пепси-дизайнеров). Кристин – очень стильный такой чувак. И дизайнер быстрый и уверенный. Вот что такое в моих глазах дизайнер? Святой человек. Никто не может понять – как он это делает. И что ЭТО? (Можете понять это буквально – я порой пытаюсь себе представить как делают ЭТО – (ЭТО – СЕКС, или там ПОСРАТЬ ХОДЯТ, и так далее) - разные модные чуваки – ФОТОГРАФЫ МОДНЫЕ, СТИЛИСТЫ, но особенно ДИЗАЙНЕРЫ… делают ли они вообще ЭТО… и если так, то КАК?.. Сердце замирает, потому что – ничего постыдного не представляется – но как БАБОЧКИ или ЦВЕТЫ). Я тут не стебусь. Я правда, замираю, как перед… Вот все сайты, что я сам делал – рисовал – часто нравились «простым» посетителям этого сайта и заказчику. Потому что первые легко и просто находили на этих сайтах то, что им потребно было, и потому что вторые это с удовольствием отмечали… А не нравились настоящим дизайнерам и мне. Мне – потому что я перед боговдуховленностью робею. Я практически, утилитарно, коммерчески думаю: «вот тут на сайте должен быть такой смысл, а тут – такой…». А они – потому что они по-другому рисуют. КАК – я замираю и понять не могу. Не могу я понять – КАКИМ ОБРАЗОМ вот В ЭТОМ МЕСТЕ проведенная пунктирная линия вдруг рождает в зрителе такое чувство гармоничности, счастья, всепонимания и обоссаться-и-не-жить, неужто от того, что она соединяет желтый квадрат с оранжевым градиентом!? Это ж как надо постараться! Умеют пацаны! Если вам кажется, что я иронизирую, то хуй вам! Я весьма ценю, люблю и уважаю всякую самонадеянность, лучшим местом воплощения которой является дизайн. Единственно: надо меру знать. Вот пояснение: Олег говорит: вот попросишь Цыганова нарисовать портрет. А он и нарисует: МУСОРНЫЙ БАК! И ведь прешься! И все нормальные люди прутся! Сначала, может быть, кто-то и недопоймет, но потом поймет и на стену повесит. А почему? А потому что Цыганов – художник! Еще бы он, сука, именно портрет попробовал нарисовать! Дизайн же, наоборот. Понимать должны сразу. Пусть и снимут со стены потом. Самые лучшие образцы дизайна не должны становиться (и не становятся!) искусством, хотя бы и переходят в веках в виде стилей. Беда в том, что некоторые дизайнеры искренне считают, что они Художники. Так некоторые певицы и певцы думают, что они Музыканты, тогда как они в лучшем случае – артисты. Беда в том, что я аванс до дома не довез, а сразу Кристину вручил. Потому что я в него все упомянутую выше веру имел, и бабе его сочувствовал – покуда верна будет, не узнать ей как это – когда тебя не как цветок или бабочку, а по-настоящему ебут. Практически, утилитарно, и в чем-то коммерчески. Т.е. «покупатель – покупательница, в нашем случае, всегда права» и «она первой должна получить удовольствие». Но почему я счел, что Кристин сделает мне хороший дизайн? Образно: есть задание нарисовать бабу. И я видел, что Кристин чудесно рисует мужика, девочку и даже лошадь. То есть именно мужика, девочку и лошадь, а не три разных мусорных бака. А бабу сможет? - спросил я себя. Конечно! Образно два: я вот тут на сайте пишу что хочу. Я тут типа художник. Для себя. Для тебя. Для Вали Розиной. Мы с Валей тыщу лет не видались, но она меня регулярно читает, и то, что она меня читает так же регулярно, как в продуктовый или в аптеку ходит, вовсе не делает ее Заказчиком, а меня текст-Дизайнером. Но я эту тыщу лет прожил, не оттого, что имел регулярный доход от размещения мусорных баков и цветочных корзин у себя на сайте (и помилуй! никаких четырех сотен я от сайта не жду! а если предложите – нихуя вам обещать не буду!); но доход я имею от того, что делаю как текст-дизайнер на стороне. Я вот недавно поставил точку в сто восьмой статье про колбасу таганского мясоперерабатывающего завода. Формат а4, 12 кегль. Кроме как цифрой (108) я тут ничем гордиться не могу и не хочу. Да и цифрой горжусь – вовсе не потому, что написал 108 страниц «востребованного» заказчиком и читателями газет текста, а потому, что в силу определенной извращенности ума думаю, что девки услыхав про такое, сладко истомятся: «Он точно может всю ночь ебаться!». Ну, если как следует выпивать при этом, то могу, все равно не спать. Не горжусь, но и не стужусь. Чтобы жить, нужна работа, и разве я не профессионал? Да и колбасу я люблю и обожаю, и лучшей докторской, кроме как на таганке, нигде не делают – потому терзайся муза! В общем, одно не мешает другому, и я не путаюсь. Что же сделал Кристин? Получив деньги, он очень удивился: почему так много? Почему так сразу? Тут бы мне и задуматься. Но я ведь по себе авансы мерю и нарезаю. Я беру авансы не тогда, когда собираюсь на полученные деньги отметить с друзьями, как я круто пунктирной линией квадрат с градиентом соединил; а когда уверен, что исполню все прихоти клиента. Потому что я профессионал. Иногда я не уверен, и не беру. Иногда я отказываюсь. Но если взялся – тяни! Пояснение: Вот когда снимаешь проститутку, и она говорит: если оральный – то тридцатку сверху – это профессионалка. Вот когда снимаешь проститутку, и говоришь: нас двое, пьяных в жопу, и нам нужен… а вам говорят: полтинник сверху, - это профессионалки. Что там еще бывает? В жопу? Ну тут если тоже какой полтинник – то это тоже профессионализм. Помните, мы о проститутках говорим, а не о честных женщинах и блядях. А вот когда девочкам говорят: нас будет 15 человек, и все чеченцы, или бандиты, а она отказывается – это тоже профессионалка. Все-таки профессионализм – он допускает ограничения. А вот когда ты девушку поишь и кормишь, и рассказываешь ей всяко, и распинаешься, и рвешь рубаху на груди и лопается что в этой же груди, а она тебе в глаза глядит, и смеется и цветочным запахом на тебя дышит, а потом дальше сисек не пускает – это блядь и сука, и лучше бы ей не попадаться тебе навстречу. Потому что высказавшийся, но не поебавшийся поэт сродни… Чему-то совсем печальному и тяжелому… Я написал Кристину техзадание на 7 страницах. Как да че. Ответил на все его вопросы, он мне даже файл дал с пунктами, на которые я расписал все.. Вот эти пункты: « Целевая группа: Цель проекта: Достоинства продукта: Потребительские предрассудки: Суть сообщения: Интонация (общий стиль): Конкуренты: Общая информация: Обязательные компоненты: Цветовое решение: Шрифты: Существующий слоган: Используемые материалы: » Видите, какой профессиональный подход Кристин продемонстрировал. Как оказалось позднее, он эти пункты списал где-то, на каких-то курсах дизайнерских. Там он даже диплом получил, а у меня мои семь страниц прочитать не удосужился. Пошел линии пунктирные рисовать. … Что вы!!! Я к нему домой даже поехал, ночью сидел с книгой за спиной, и когда он звал – глядел на монитор и комментировал. Тактично, чтобы не обидеть. Я блядь, предыдущую ночь дома не ночевал, перепился с пацанами и проебал где-то что-то. Детей не видел, любимая злая. Думал, этой ночью компенсируюсь. Но Кристин попросил к нему поехать – чтобы совместно рисовать сайт. Я на детей плюнул, поехал. Даже пива не взял. Знаю себя после пива, нахуй мне это было не надо. Работа! Думаете, мы дохуя наработали? Часа в три я плюнул и пошел спать. А он остался рисовать че-то. Чувак удивительно странно легко и просто отнесся к задаче. Заказчик министерский, советской школы – ценящей ОБЪЕМ работы. Поэтому я очень горячо рекомендовал Кристину использовать цветной фон. Т.е. не много-крутых-линий-на-бледно-белом фоне, а что угодно на цветном фоне. Я знаю, как думает данный тип заказчика: если белый фон – то пацаны нихуя не работали. А если цветной – то уже в его глазах на сайте видна монументальность и много-много человеко-часов. С другой стороны, есть куча крутых сайтов с фоновой заливкой, поэтому я не видел почему бы Кристину не сделать залитый сайт. Но нет! Расположение дизайнерских звезд было таково, что Кристин рогом упирался: «я вижу этот сайт только на белом фоне, и…» Хуй с тобой, сделай на белом фоне! Помню, я тоже несколько раз вступал в прямой конфликт с заказчиком, предлагая сделать совсем иное, нежели то, как ему виделась манера исполнения его заказа. Это были случаи, когда Заказчик действительно предлагал уродство. Но фишка в том, что во всех моих случаях, поступив по своему я имел признание своей правоты – как со стороны Заказчика, так и со стороны его покупателей. Сам же я думал - и про манеру, предложенную им, и про манеру, предложенную мной, одинаково: УРОДСТВО! Потому что нихуя не стихи. Кроме стихов все уродство. Но я же именно уродство делать и подрядился. Поэтому не надо трясти гузном, а надо делать дизайн. … И вот наутро Кристин выдал мне три варианта сайта. Все зашибись классные. Если бы не… Сайт должен был быть чуть ли не про министерство здравоохранения, вы это помните? Один из вариантов идеально подходил для небольшой районной дискотеки. Другой – для очень хорошей, модной, немножко дорогой, но зато стерильной, детской поликлиники для жильцов жилкомплекса «Алые паруса». Но детской! Третий. В третьем была некоторая помпезность, но более идущая для строительной компании, нежели для российского национального медицинского центра, президентом которого является министр здравоохранения РФ. Поглядел я в глаза Кристину и понял, что он невменяем. Пошел я, и сделал из этих трех его вариантов четвертый. Заказчику понравился дизайн. Он только попросил заменить центровое пятно на другой рисунок. Обязательно заменить, а то все же строительная тематика довлела над медицинской. Ну я к Кристину. Он поглядел на то, что я сделал, и говорит: «Я этого уродства не рисовал. Ты зачем вот тут линию передвинул влево на 12 пикселей?» Зачем я линию передвинул? Так слушай же, сука! Затем, что Целевой группой являются не твои друзья в модных ботинках! Затем, что Целью проекта является не исключительно твоя гордость показать сайт друзьям. Затем, что Достоинства продукта – это не подпись внизу «дизигныд бай кристин лимитед» Затем, что Потребительские предрассудки заключается не в том, что больница это очень и очень весело, а скорее наоборот. Затем, что Суть сообщения состоит не в том, что друзья-дизайнеры зашли и позавидовали – какой чувакам заказ обломился. Затем, что Интонация (общий стиль) хороша (хорош) не тогда, когда дизайн настолько крут, что меняй медицинский контент на торговлю книжками, или тексты, что типа на www.grig.org.ru лежат, и круто будет по-прежнему Затем, что Конкуренты – это не другие крутые дизайнеры, и политики и другие медицинские центры и клиники Затем, что Общая информация – ее читать надо, у тебя было 7 страниц этой информации Затем, что Обязательные компоненты были тебе указаны, все эти тематические блоки и рубрики, должные быть на странице, ты же кроме шапки и вертикальных линий для «всего остального контента», нихуя не сделал Затем, что Цветовое решение: Фон, блядь! Где фон! Затем, что Шрифты – конечно, круто, тут ты постарался Затем, что Существующий слоган ты очень хорошо поместил, именно вверху, как я тебя и просил, молодца! Затем, что Используемые материалы – я, долбоеб, прислал тебе реальные тексты для этой страницы, ты же вместо них, залил какую-то хуйню про авторемонтные мастерские в германии; конечно, на этапе кодирования заменить тексты все равно придется, не в фотошопе же вставлять их на самом деле; но то что ты пренебрег медицинскими текстами, свидетельствует, скорее всего о том, что ты даже не дочитал до 4ой страницы, так у тебя горели ручки линию вести. Вот зачем я линию передвинул. - Ты, - говорит, - нарушил мой копирайт! Ах, еб твою мать! Копирайт я нарушил! Насрать в штаны и двигаться! Я, значит, плохой? Кстати, я вот тут матюкаюсь. Там я тоже матюкаюсь. Я, блядь, везде матюкаюсь. А Кристин ваще ни разу нигде и никогда ни одного плохого слова не сказал. Ни хуй, ни пизда, ваще ничего. Поколение, блядь. Авансы, однако, берут. У меня недавно был случай, я подрядился и не справился. Нарисовал 24 варианта сайта, и ни один не подошел. Потом мне пацаны признались: они не столько нового сайта хотели, сколько им надо было начальству показать, что они на месте не стоят и что-то новое выдумывают. Стоил мне этот гиммор 2 месяца еботни, заплатили мне меньше, чем я Кристину. В общем, разговор пошел такой, что я даже не знал, как заикнуться, что перерисовывать нужно все. Все-таки заикнулся. А он мне: за дополнительные деньги. Нихуя себе думаю. Быстро люди привыкают. Когда их авансом хвалят. Когда я ему четыре сотни давал, он был готов рисовать …долго… Но я похвал переавансировал, похвал его мужикам, девочкам и лошадям. Он счел, что счас нарисует бабу без сисек и с хуем, а поскольку он дизайнер такой, каким его ГЧ описывает, то ему все и поверят. Нет, братан. Иди нахуй в художники! Некоторое объяснение – почему я так облажался, все же можно нарисовать. Мне Кристин сказал, что ТАК он работал впервые. ОБЫЧНО же: он сначала рисует три варианта дизайна, и если один из них катит, то только тогда он РАНЬШЕ брал аванс и работал дальше. Тут мне стало понятно: почему в его портфолии есть неплохие работы. Чисто статистически после двух лет работы, даже у безголового дизайнера должны случиться совпадения, когда его боговдухновленное творчество совпадало с рабочим заданием. Ну я и купился. А ведь еще когда был у него дома, измена меня взяла. Если ты такой трепетный к линии дизайнер, если ты «уродства», пошлости и обыденности не терпишь, хули ж у тебя дома ни картин-репродукций каких особых, ни обоев, ни мебелей, ни ленточки какой-худой нигде не висит!? Стандартный брежневский сервантец, где среди хрусталей притаились книжные ниши, стандартные стены в цветочек, потолки беленые. Когда я у «простых» людей дома пошлодерьмовую обстановку вижу – я претензий к ним не имею. Потому что эти люди претензий не на что не выставляют. У меня тоже не блеск – по хатам, которые я снимал, хозяйское и все такое. Но как-то снимал я по году и больше в двух местах – Кузьминки и Царицыно, так блядь – на кухню с любимой извели три пачки акварельных красок-паст, люстры поделали из всяких компакт-дисков, платье любимой сшили из листьев осенних - на стене весело, когда любимая не таскала на себе. О мебелях – пеньках с улиц (благословенный московский ураган 1999 года), крутых мусорных корзинах я ваще молчу. Кто сиживал – не забудет. А что можно сделать с помощью губной помады на входной двери? И это при том, что я никогда не позиционировал себя не то, что художником, но и дизайнером. Просто – я тоже к линии трепетный! Но если трепать – так трепать! В общем, кончил я разговор с Кристином, ушел курить. Потом его типа игнорировал. По доброму. Потом домой поехал. Ехал расстраивался. Где взять дизайнера? Проблема в том, что я по-прежнему не хотел рисовать сам, и в том, что денег не было, даже своих – не было. На второго… надеюсь, Некристина. Самому рисовать? Но я же не… дизайнер… А хуй с этим со всем. Приехал домой, и ко второй бутылке самого дешевого коньяка, взятого в ларьке на Дорогомиловской, меня осенило: пошло оно все в пизду! Нарисую сам. Ведь все так относительно. Все эти понты. Вот взять этот коньяк. Я его назвал «самым дешевым». Кто-то углядит в этом некое самоотречение. И если я счас не пущусь в объяснения, то поимею репутацию. Пусть недорогую, но и репутация дизайнера не дорого стоит. Однако, я пущусь в объяснения. Дело в том, что в ларьке самый дешевый коньяк стоил 90 рублей. Но его была только одна бутылка. А мне надо было две. Поэтому я взял и дорогущего – за 106 рублей. Пить начал не глядя, и получилось так, что сначала выпил бутылку дорогого. А счас пью, стало быть, самый дешевый. Не потому что понты кидаю андеграундные (как я уже сказал, я и дорогой купил и выпил), а потому что просто Его Величество Случай. Может, если посидеть и повъебывать, случайно сделаю дизайн, который будет пусть не крут, но хорош. И что вы думаете? Сделал. Министр одобрил. Сначала все посредники между нами одобрили, а потом и министр. Ну может, не министр. А его заместитель. Министру-то вряд ли дело есть до сайта. Но главное, что вот свезло. …- Что ты, ГЧ, - сказал мне Кристин. – Я по жизни только два раза ночью работал. Когда я свой первый дизайн делал за деньги, и вот для тебя… Вот блядь, спасибо! Еще бы ты ночью не работал. В первый раз ты просто боялся обосраться, во-второй стеснялся обосраться на глазах у чувака, которому нос сломали, а он не унывает, и который такие штаны надел, каких тебе никогда не надеть. А может, ты ничего не боялся, просто решил одолжение сделать. - Кристин, - звоню ему, - завтра в два часа надо встретится, если дизигн в целом прокатит, надо будет поправки внести оперативно… - Ой, я не могу, я в кино иду. Новый фильм Такеши Китано, пошли с нами! Я молчанием ответил. Я с некоторых фильмов Китаны прусь. Возьму в видеопрокате и прусь. Если возникает конфликт – рабочего времени и кинопросмотра. Кристин о подобных конфликтах понятия не имеет. Потому я смолчал. Иди и смотри. Блядь. Все кончилось хорошо. К Кристину у меня почти нежное чувство образовалось. Уважаю. Завидую. Умеют же так жить, что все равно людьми себя чувствуют. И мне польза. Ведь он не один такой. Это слой, моща. Рано или поздно, я, по себе людей судя, нарвался бы на такого. И облажался бы, и возможно на более крупную сумму. Хотя и счас неприятно. Я же тому кексу-заказчику, как расписал: типа теперь все будет круто, теперь типа дизайнер крутой. Нет, я кексу реально честно все потом рассказал. Что сам дизигн сделал, и что Кристин аванса мне не вернул, но в компенсацию того, чтобы кекс с меня этих денег не требовал – он может забрать себе вторую часть дизайнерского вознаграждения. Я-то по любому на него права не имею. В общем, все живы остались. Если кому покажется, что я тут человека облыжно оболгал, так я расскажу такую историю: вчера мы с детьми в парк ходили гулять в Кузьминский. Одному дитю год, другому три. Одно спало, другое на плечах ехало. И вот подъехало оно к кассе аттракционов, и там вывеска: взрослый билет брать всем детям, независимо от возраста. Ну меня сомнение взяло: я говорю: а вот годовалой может не брать? Не то чтобы тридцатку пожопил. (Я накануне полторы сотни долларов пропил.) А просто – ей годовалой придется кататься только потому, что ее бросить некуда. Не на скамейку же класть. Неправильно это. (Пропить полторы сотни было правильно – расскажу потом…) А кассирша, тетка, и говорит: нет. Не берите ей билета, да и трехлетке не берите! Я и не взял. Ну, мы пошли и сели. Подошел мужик-аттракционщик и начал пиздеть: хули на детей билетов нету. Только он начал, я тут же денег достал – говорю: - Не спешите обвинить нас в злоемыслии, - так буквально и говорю, - просто в кассе женщина сказала, что таких мелких без билета отоваривают... Видать, его что-то напрягло, он и говорит: - Я не поленюсь с вами в кассу сходить, ваши слова типа проверить. То есть меня во лжи обвинили! Тут и я не поленился, иду с ним, говорю: - Лучше бы вы все-таки поленились! Приходим к кассе и что выясняется? Ну вы знаете, что выясняется. И с такой ненавистью этот отходящий восвояси полубухой аттракционист на кассиршу глядит, что я денег-таки вынимаю и сую в окошко – возьмите, дескать, я не хочу чтобы из-за меня у вас проблемы какие-то возникали… Это я к чему рассказал? Если ты такой трепетный и нежный, ранимый и гордый – ну, в общем как я, - Кристин должен был мне если и не в лицо швырнуть деньги назад зап перемену линии, то хотя бы поинтересоваться – возвращать ли аванс? Ведь работа не выполнена абсолютно! ДА я убеждал его, что он с ней справится, и потому может держать эти деньги за свои, но я-то пребывал в уверенности, что он будет с ней справлятЬся, и все такое. То есть, как я, ночью не спать, и не считать это за подвиг. И если он такой чистюля, то… Ну с моей точки зрения. Даже дерьмо, если оно последовательно – вот это я уважаю, и собственно считаю, что даже на пути дерьма можно добиться неплохих результатов – если быть последовательным. А неплохих результатов я всем желаю, даже тем, кто... Тут бы я и затрепыхался в поисках Самого Удобного Морального Выхода. Как тот аттрационист. Ну, он вряд ли затрепыхался, конечно. Он всегда в своем праве. Кристин, судя по всему, тоже всегда в своем праве. Ну когда я с такими перцами сталкиваюсь, во-мне просыпается крестьянская жилка и я пытаюсь урвать с овцы хотя бы шерсти клок. Будем считать что я человека не облыжно обложил. Модель за день съемки получает полсотни. В этом плане, Кристин может считать себя очень дорогой моделью, и в некотором роде гордиться собой. Вот так я и живу. 26 февраля ЬАКАЯ ЖИЗНЬ.Наконец-то ночь, все уснули, кто не спит – у телевизора мумифицируется.Я нынче в поганом настроении был. Действительно отвратительном. Бывает и хуже – это тогда, когда я точно в таком же настроении обретаюсь. Именно тот ништячный уровень, который только самого себя хуже. Хотя, если так все по уровням разложить, по полочкам, по часам – так день был вовсе и не плох с точки зрения событий. Очень даже не плох. Дохуя хорошего произошло. В плане круга чтения. «Мы переходим через дорогу в итальянское кафе. Марионетти возвращается с парнем из «Сан-Франциско Кроникл», который в своей колонке написал, что я – лучший мастер рассказа после Хэмингуэя. Я объясняю ему, что он не прав: уж не знаю, кто лучше всех после Хэмингуэя, но это не Г.Ч. Я слишком беззаботен. Недостаточно сил вкладываю. Устал…» Это рассказ. Называется: «ВОТ ЧТО ДОКОНАЛО ДИЛАНА ТОМАСА» Написал этот рассказ Чарльз Буковски. Вам это имя знакомо. Вам этот писатель не знаком? Тогда слушайте. Американский. Давно писал. Его главный роман «ПОЧТАМП» вышел в тот год, когда я родился. 1971. Я писался от молока – он от пива. Счас я писаюсь от пива, а он уже совсем не писается. Сейчас у нас он издается в студенческих сериях. Это такие серии – типа всякой «Амфоры» стремной, стремного «Двадцатого века» - серии, издаваемые предприимчивыми издателями. Которые припасли, что некоторые книги – могут модно продаваться среди молодых. Щас слово модно котируется в тыщи раз выше, чем когда его изобрели. Когда я был молодой. Когда джинсы были «модны». Любые джинсы! Там еще издается Ричард Бах, Пелевин, Мурокама, и куча всякой другой поебни. Баха Оля любит. Пелевина…тьфу! Про … ох.ец! Стремный элемент вот в чем: модными должны быть джинсы. И только! Книги модными быть не должны. «Но ведь это так замечательно, что модным стало– читать!» - воскликните вы! Модные штаны честно носить. Просто иметь - глупо. Я не замечаю, чтобы мода на чтение обернулась – модой жить по писанному, я не вижу излишков честности, говорения правды, смелого смотрения на изнанку жизни и всего того, что через край плещет из модных книжек. Книги покупают чтобы их иметь. Нет, конечно, кто-то их читает – чтобы иметь собсвтенное мнение. Сдается мне, что собственное мнение из книг не подчерпнуть. Как раз книги покупают исходя из собственного мнения, как штаны – исходя из своего размера. Профанация. …Муракам не совсем поебень. Сегодня Леха Станевич спрашивает, глядя на две мурокамовских книжки, чьих-то, лежащих на столе, - типа че за черт? Оля Спиридонова ему говорит: круто! Ништяк! Я ему говорю: ниче вообще, даже вкусно. Только (я ЛС примерно представляю себе как читателя) – не бери ты эти две книжки, ты подожди когда под руку попадутся все пять или шесть про Мурокамовскую Овцу – и тогда читай. Потому что это не то, чтобы про овец, это про японских овец, тут доза нарастает хотя и неотвратимо, но медленно, УЖАСТНО медленно, пусть и неотвратимо, потому книжку прочитаешь и вскричишь: - НУ И ЧЕ!? две книжки прочитаешь, ВСКРИЧИШЬ: ну и че!? три книжки прочитаешь… а после пяти сон сморит, как автора… сладкий утренний сон… и ништяки.. и круто… …Не то Буковски. Ненавижу рассказы. У Буковски мало того что пол-книжки мной купленной рассказы – так почти все на 4 страницы максимум. Но Каждого Хватает на Себя и Меня. Даром что почти каждый – без конца. Вот из 40 рассказов, что в книжке – только один с концом, как конец подразумевают, и только один собственно с этой завязкой-началом, и то – не потому что интригующе, типа «…падал снег. погода была нежна, несильный ветер растушевывал свет фонарей в городе… и самолет падал тоже… так же как снег неотвратимо… падал неизвестно откуда… но известно куда – на город…», а просто крутое название – 
Типа фашисткий крест. Просто крест вместо названия. Для идиотов сразу объяснение в первом абзаце этого рассказа: «Когда я был в колледже, я выставлял себя нацистом. И хуй с тем, что я Гитлера с Геркулесом слабо различал, дело было в том, что…» Сами читайте - в чем было дело, рассказ так и называется: Этот знак произносится «фашисткий крест», или
«свастика» или «свастика наоборот» - это, интеллектуалами - "знак солнца", ец.Однако я не о том. Меня приколола первая цитата, где Буковски заинициировал своего лирического героя – Генри Чиковский – как Г.Ч. – в первый и единственный раз во всей книге. Причем в связи с Хэмингуеем. Не знаю. Это че-то подсознательное. Кто читал мой «Албанский Дневник» вспомнит, как я уже в предисловии по Хэмингуеею проехался. И ваще Хэм – один из наиболее часто поминаемых мной персонажей. У Буковского та же идея фикс. У него ваще есть рассказ, где он (Буковски) шанса не имея, но имея идею, хуячить Хэма на ринге в третьем раунде. Это полная аллюзия и простеб над «Мексиканцем», если кто знает о чем речь. Или это не Хэм, это Джек Лондон, революция, мексиканская ревбуйня, ну и че? Над стариком и морем Буковски не простебался только потому, что бухал так и столько, что удочку на гольянов в руках удержать не мог. Эге. Я авторитет имею. Счас кто-нибудь, с душой неокрепшей, или ко мне прислушивающийся что и зачем читать, решит, что Буковски это - … Если уж такие попадутся, так все вышесказанное – это мои выдерги из Буковски, причем в состоянии настроения стремного. Я пока только грамм 400 водки растек по телу, причем за то время, когда SIMPLYRED только шестую песню негромко поют. Из альбома BLUE. Название альбома переводится как «стремное настроение», но если кто SR не слушал, тот пусть опять же не спешит делать выводы. Это очень сдержанная попс-рок-английская группа. Так что еще либо не рассосалось, либо надо догнаться. … Буковски рекомендую читать только и исключительно поклонникам или любителям Довлатова. Когда Набоков уехал в Америку, он стал писать американские романы. Когда Довлатов уехал в Америку, он зачах и помер. Хотя, казалось, с чего бы? Там был уже Буковски, который писал точь-в-точь как он, и именно для американского читателя, и бабки греб и всяко купался. Казалось бы, подготовленный гумос. Ан нет. Когда для души пишешь – тут такие тонкости в твоем письме самоучитываются, что попытка переноса писателя – губит на корню, а перенос текста - … Я к Буковски предубежденно относился. Для этого и купил. Заебали. Буковски! Буковски! Ах! Ах! Букеровская премия! Нет!, что ты! Он же антисоциален! – Малый Букер! То есть АнтиБукер. Оказалось, что Буковски уже успел три раза помереть до рождения любого Букера, и ваще он – американец, которым не дают. Вот такая шумиха была в стремных тошнотных высоких андеграундных литкругах, когда представители этих кругов познакомились с текстами Буковски, все перепуталось, я – простой читатель - был запуган. А то, что читает масса – мне терпимо, но не желанно, но то, что читает критика – мне тошнотно, и блевотно. Второе я покупаю чаще чем первое. Потому что Я не уверен в себе. Я знаю, что я завистлив – и это моя слабость, что подозрителен – и если бы по мне меру подозрительности ставили – то секретные службы стали бы невозможны в принципе. Буковски вообще, кстати, под руку попался. - …Седня былдо стремное настроение, потому что я долго сидел в приемной паспортного начальника ОВД кутузовского района, и со мной в приемной сидела моя любимая жена и какая-то старушка лет 55, и я старушку хотел не только долго и нежно гладить, но я при этом хотел бить свою любимую .. нет.. не бить.. задушить… душить.. долго… чтобы она тихо.. никого не тревожа сипела и шипела… чтобы ее шипение хоть раз в жизни было связано с истечением реальной жизни… а старушку целовать… РОТ В РОТ! не потому что я на старушек проникся… а потому что.. …. Любимая обвиняла меня в том, что я тупой, потому что уже четырнадцать лет живу в Москве, и все прописки не имею, и ваще никакой прописки не имею, и что у всех есть эта прописка, а у меня нету, потому что я тупой и все такое. А я потихонку заводился, и вот уже стал объяснять любимой – в сто тысячный раз – пока еще тихим, но уже гудящим тоном, что я не выношу этих блядских паспортных столов, присутственных мест, запаха клея, лебезения, и что как я не скрываю этой своей ненависти, чиновники это чувствуют, и все такое. Периодически я говорил слова «ебанный», «в пизду». Очень уж напряжен был. И чтобы не кричать, говорил эти слова. А любимая шипела: - мне за тебя стыдно, за твои слова, - и типа робко улыбалася старушке. Я вспух окончательно и пошел перекурить. А старушка, когда я ушел, так сказала любимой: - Вы, девушка, себя неправильно ведете. Вы его ругаете, а должны – подбадривать, поддерживать… Откуда я это знаю? Так любимая сказала, когда мы из ментовки вышли. Потому и любимая, что против себя признаться может. Но лучше бы она меня ободрила и поддержала от себя лично. Потому что выебал меня Коляскин, начальник паспортного стола кутузовского ОВД, так тлей изобразил, что я очень нуждался в поддержке. Или хотя бы в нетрогании. Но любимая и в тролейбусе орала, что я тупой, потому что десять лет. Поэтому я взял водки, и пошел Буковски читать. Ваще прикол. Г.Ч. Приятно. Я ваще падок на все такое. 28 февраля КАК Я БЫЛ ГЕНИЕМ. С 14 30 ДО ВОТ МОМЕНТА. БУКОВСКИ (2)Седня звонит Юрка.- ГЕНИЙ? – кричит. - Че? – говорю, а у самого очко – прыг-цкок. Точно че-то не то сделал. Мы тут с Юркой газету замутили делать. Я тут уже че-то писал, че-то вел, уже кому-то Юркины деньги раздал, все такое. А Юрка – мы с ним старые коммерческие друзья, и если я облажаюсь - он разговор заведет не «по лбу», а с кривым подходом. А что можно придумать более кривого, чем меня гением назвать. Ну и вот: - Че, - говорю, впрочем не особенно спорщеским тоном. Либо попал, - думаю, - либо, - обычный Юркин подъеб. - ТЫ ГЕНИЙ? ТЫ ГДЕ? - В пизде, - говорю. – Я на «Спортивной». – а сам думаю, - при чем тут «Спортивная». Точно что-то случилось! Я счас базарю с ним – поднимаясь по лестнице из курилки, где «Мегафон» сроду коннекта выше второго деления не давал и всякая связь потому рушилась тут же и сразу. Вот она третья ступенька. Ан нет! - НЕТ, ТЫ СКАЖИ, ТЫ ГЕНИЙ? - Юрец, кончай мозги ебать, че случилось-то? Че я сделал-то? Ну, не буду интриговать. Юрец сказал, что ниче не случилось, что вот насчет газеты он ждет меня, и мы уговорились, что к четырем я у него. Еще попиздели. Потом я все-таки не выдержал: - а че ты гением меня назвал-то? Все-таки! - Дак я того. Я тут…, - и тут он зачитал мои стихи, несколько строчек из «Девок», что в текущее время (февраль 2003) о правый бок на сайте обретаются, - я че, - и тут Юр Юрич нервно, стыдясь – как же! он же такой большой и старый! и яйца у него, как говорится, седые! – зачитал эти несколько строк, потом, видать, мышкой пролистнув вниз, еще пару строк, всадил мне в ухо, моих типа строк, -………………………….. - - А че, блядь, - как извинялся, - а мне, блядь! Нравится! Нравится мне! Контекст: какой ты в пизду гений! Ты даже не… Ты – ГЧ, которого я знаю уже десяток лет, ты у меня как облупленный, семь десятых того, что ты имеешь, и девять десятых того, что ты пропил и просрал, ты заработал с моей помощью, я контролировал и следил, поил тебя и не давал тебе пить – когда было надо и когда не надо, но тут… сюрприз… СЮРПРИЗ… бля буду, люблю жизнь за сюрпризы – резинился в телефоне голос ЮЮ. И я плыл от удовольствия. Что бы я там и где не наговорил про ЮЮ, я все-таки делаю, и делал, и сделал некоторые выводы из своей беспардонной жизни: все срака, порой, и даже часто нам отказывают собственные сны, скорая помощь спасет, она даже в новый год ездит, но жить нам помогают не знакомые, не друзья, не родственники – вообще, а те из и среди них, которые уже стали казалось бы прожжеными друзьями, родственниками, близкими и знакомыми, но при этом – вдруг остались людьми готовыми к сюрпризами, людьми, умеющими находить ЧТО-ТО, в жизни случающееся, как СЮРПРИЗ, а не просто как что-то закономерно или незакономерно приятное. Но как СЮРПРИЗ. Легкое, такое, знаете, потрясение. В общем, клас я развеселился после разговора с ЮЮ. Ваще седня тоже день замечательный случился. Жизнь полосата… Спустя буквально 10 минут после разговора с ЮЮ оказалось, что окончилась одна моя война с Андреем Сергеевым. Война эта длилась полгода и состояла в том, чтобы АС… Я типа сайты делаю. И порой Заказчик не имеет ни сервера, ни имени. ПО моей просьбе и за его, Заказчика, деньги АС регистрировал доменные имена в РосНИИРОСЕ. Счас мы с АС стали работать в разных учреждениях, и хостить те сайты на прежнем месте стало невозможно. НУ, в общем, долгая история. АС я всяко просил умолял и кланялся: АС, сделай так, чтобы я имел личный доступ в БД РосНИИроса, чтобы самому менять Нссервера и все такое. Кто-то скажет: дела на два дня: пять минут работы + примерно двое суток серверам на проверку новых владельцев. А вот хуй там! …Но все кончается, и седня АС наконец-то сделал так, что я перестал краснетЬ перед ВЩ, перед АГ, и… А вот домен grig.org.ru покаместь еще не выделен АС в мое распоряжение, потому остерегусь писать дальше. Вторая война еще длится. Но то, что перед ВЩ я перЕстал краснеть – уже круто. Уже хорошо. Не, день охуительный. Опять же в паспортный стол не ходил. Еще Леха Станевич типа попечалил в курилке, что имеет трудности в подборе текста под сценарий для 3-минутного полудипломного кинофильма-зарисовки, и я ему посоветовал «МАДЖА ТУРУП» того же Буковски, и Лешхин радостный, живой такой, отхаркивающийся смех раздавался все время, пока он читал этот рассказ, который сам автор предуведомил в предыдущем рассказе так: «Если вы не закроете эту книжку, может, следующий рассказ покажется вам веселее, я надеюсь». Ваще, прикольно. Рассказ этот на 286 странице. Я шесть лет жил на телефоне 286-68-67. Счас меня там бесполезно спрашивать, но когда-то было не так. Ваще меня Буковски реально пропер. Чувак реально неравнодушный к Хэмингуеею. Ниче, что я пишу не хэмингуЭю, а хэмингеЕю? Я думаю, легко понятно. Блядь, шестая страница, а я так проставился, что еще ни разу не курил. Водка в чашке – на окне, там же горшки с кактусами, все охуительно охлаждается и пахнет зелено-голубым-темно. Хлешь глоточек, и долбишься, и пока долбишься – тебя, читатель, друг мой, люблю тебя, девка, пацан, друг мой юноша – так представляю себе – что – покурить бы и можно, но ведь для этого на кухню пойти, от клавиш-монитора-потока этого оторваться!? – Нет, НИКОГДА! Пошел курить. Может мы и педики, но не садисты же в конце-то концов. |